"Радий Погодин. Борьба с формализмом" - читать интересную книгу автора

Радий Петрович Погодин

Борьба с формализмом


Где-то там, в облаках, зарождается звук,


В облаках истаявших и ушедших.
Он жужжит, как черная точка.
Визжит, как соринка в глазу.
Он заходится в немоте.
Если на белый
Чистый лист ватмана

Наступили.


Нынче пейзаж не моден, да и трудно это. Во-первых - скучно. Во-вторых -
расточительно. Время!
Время - деньги. Время - скорость. Время - доктор. Время - пространство.
Время увеличивает наши печали...
Хорошо включить в пейзаж что-то движущееся. Например, лошадь. Но лучше
девушку. Вот и представьте себе Таню Пальму, идущую по дороге.
Таня босая. В тесной майке. На груди нарисованы два яблока. Волосы
выцвели. Глаза, как электросварка в тумане.
Идет Таня на Уткину дачу, что близ деревни Устье, над речкой - на плече
крутого холма.
Вокруг дачи волна шиповника, пчелы гудят в цветках с жадными желтыми
сердцевинками. Коровы тут ходят, норовят проломиться. Исцарапавшись, мотают
башкой, мычат с возмущением. Хозяева дачи удобряют шиповник коровьими
лепешками. Кусты наращивают тело ветвей, мускулы листьев, острия шипов -
похоже, уходят из природы цветов в природу колючей проволоки.

Под крутым холмом течет Речка. Дно ее состоит из булыжника. Речка здесь
скачет, встает на дыбы. Туристы, плывущие на плотах и байдарках, называют
это место матерным словом - туристы сраму не имут.
Русский мат, в устной речи такой фигуральный, художественному
повествованию мешает. Традиция избегает его не из ханжества, но из того
понимания, что литература все-таки - греза.
В деревне Устье Речка впадает в Реку. Речка здесь тихая, заросшая
водяной травой. Туристы, пугая коров и гусей, проталкивают свой плот по
густой водяной траве. Выплывают в Реку. На Реке они разгибаются, кричат и
поют, как сбежавшие каторжане. Не было еще случая, чтобы турист на Реке не
запел.

Два мужика сидели, прислонясь к валуну. Пили водку. Закусывали сушеным
бананом. Выглядели мужики чемпионами по рытью траншей: на каскетках -
"Макдональдс", на кроссовках - "Пума". Звали мужиков: одного Яков, другого
Валентин.