"Николай Полунин. Орфей (Серия "Абсолютное оружие")" - читать интересную книгу автора

зимы, снежные.
- Почему нет персонала? Или он бывает? Что за чудеса со столовой? Из снега
сами откапывались?
- Да уж, откапываться приходилось самим. Мы полностью на самообеспечении.
Полностью, вы понимаете?
Ни черта я не понимал. В моем чуланчике стояла стандартная ОГВ, под окнами
ребристые радиаторы, у пола и под потолком - замкнутая система труб.
Сперва я думал, что в котле помещены тэны, но оказалось, что топиться
должно живым огнем. Судя по крошкам и черной пыли, топливом служил уголь.
Посреди Крольчатника они антрацитовый разрез открывали?
- Нам, находящимся здесь, не ставят никаких условий, - опять вещал
Бледный, - ничего от нас не требуют. Вы увидите сами, от вас тоже ничего
требовать не будут.
- Бывало и по-другому, - не удержался я.
- У нас у каждого бывало по-другому. Были требования сотрудничества и
довольно жесткие. Исходившие из разных источников. Пока мы не оказывались
здесь, где можем просто жить спокойно, и это уже неплохо.
- И верите, что так будет и впредь?
- Игорь, у нас считается неприличным задавать этот вопрос. Неблагородным.
До Ворот оставалась всего одна минута и сотня шагов. Я вовремя вспомнил об
уловке, пришедшей мне в голову при ночной беседе с Кузьмичом.
- Знаете, Володя, мне и вправду трудно пока разобраться. У вас тут, как
Кузьма Евстафьевич мне сказал, коллектив устоявшийся. Свои дружбы,
симпатии. Антипатии, наверное, тоже, куда ж без этого. Вот Правдивый,
например, остро переживает вашу с Ларис Иванной дружбу. Такие слова
говорит, стоит вас вместе увидеть. А что такого? По-моему, так - дай Бог...
На роду мне написано интриганом быть. Невзирая на простецкую физиономию. У
Юноши, почудилось, аж его вечно мокрая прическа встала гребнем, как у
рассерженной ящерицы.
- Пусть говорит что хочет. Поменьше верьте, что Саша Правдивый болтает.
Неужели вы не поняли, что все его шоферские байки - лажа? Он большегрузы
только на картинках видел. Попробуйте с ним о компьютерах поговорить, обо
всяких электронных заморочках. Между прочим. - Бледный Володя остановился
посреди тропинки. - Вы спрашивали о чудесах столовой. Его достижения.
Правдивый в нашей системе жизнеобеспечения - самый ценный кадр. Дружите с
ним, Игорь Николаевич, не обращайте внимания на слова.
Я давно уже слышал стук топоров в стороне. Теперь я увидел. Самый ценный
кадр в системе жизнеобеспечения трудился сучкорубом. Пошатывающийся Сема
помогал ему, оттаскивал ветки. Они расчищали дорожку к Ларисиванниному
домику. Нас видеть не могли.
Вот и Ворота. Как он подаст сигнал, что мы уже здесь? Никаких скрытых
кнопок, хоть и облазил, кажется, сверху донизу, я на них не нашел.
Впрочем, могут быть какие-нибудь скрытые камеры, не исключено.
- Кстати, о засечке нашего с вами, Игорь, разговора. Пожалуйста, не
заблуждайтесь на этот счет. Узнать, что происходит на Территории, снаружи
совершенно невозможно. Мы живем обособленно друг от друга вовсе не из
боязни, что наши тайные договоренности будут подслушаны. Если бы это
только было возможно, при современной технике, и что мы друг дружке
подмигиванием ночью передавали бы - и то б узнали. Там и про это, - повел
рукой туда, где стучали топоры, - не знают. Понятия не имеют.