"Егор Радов. Не вынимая изо рта" - читать интересную книгу автора


Егор РАДОВ

НЕ ВЫНИМАЯ ИЗО РТА




1. ПОЕЗДКА В АМЕРИКУ

Зовите меня Суюнов. Когда я смотрю на себя в зеркало, меня охватывает
восторг, изумление и счастье. Я дотрагиваюсь до мочек своих ушей большими
пальцами рук - и истома нежности пронзает меня, словно первые пять секунд
от введения в канал пениса наркотика "кобзон". Я трогаю мочки ладонью и
погружаюсь в сладкое, бесконечное умиротворение, напоминающее пик действия
ХПЖСКУУКТ. Я подпрыгиваю, хватаю мочки указательным и большим пальцем,
начинаю онанировать, то разжимая, то снова сжимая их, - и предчувствие
великого, сильного, огромного оргазма обволакивает мою голову, повергая
меня в трепет, блаженство и страсть; мочки как будто заполняют меня
целиком; я весь преображаюсь, теряю свет в глазах, понимание и стыд; и
бешеный конец затопляет меня всего, отзываясь пульсацией крови во всем
теле, судорожным сердцебиением и изливанием семени внутрь. Мне кажется, я
не забеременел; я думаю, что могу ощутить сам момент зачатия,
самоосеменения; и я боюсь умереть от любви и счастья в этот миг, и мне
страшно это; и все происходит как волшебство. О, Иван Теберда!
Сегодня было хорошо. Я припудрил уши, расчесал лобковую область и
застегнул чемодан. Я решил полететь в Америку - страну педерастов. Я -
монолиз. Монолизы составляют примерно половину русских и четверть
украинцев. Мы трахаемся и беременеем через мастурбацию мочек ушей.
Американцы - педерасты. Немцы - подмышкочесы, французы - говно. Австрийцы
делятся на мужчин и женщин, папуасы различают двадцать девять полов.
Теберда! Мне страшно думать о возможностях открытых перед ними. Но
извращения запрещены. Родился монолизом - дрочи уши. Если педераст -
поступай соответственно. Я боюсь законов, боюсь отрезания своих ушей. Они
так прекрасны, что как только я смотрюсь в зеркало, я тут же возбуждаюсь,
и тут же начинаю немножечко потрагивать мочки. И ели это случается в
общественном мете, это ужасно. Мне уже не раз приходилось платить штраф.
О, Теберда!
В детстве, когда я начинал это делать за столом, я тут же получал
оглушительную пощечину от своего родителя.
- Люби в одиночестве! - выкрикивал он мне надоевшую общеизвестную
фразу, написанную в каждом букваре. - Ты что, русский язык не понимаешь?!
- Я понимаю, - отвечал я в испуге.
- Так вот, иди в туалет, и там давай!
- Там воняет.
- Мне наплевать! - кричал человек произведший меня на свет.
- Ты должен вести себя прилично! Вот когда умру, ты останешься один в
квартире, и хоть обдрочись!
- К тебе вчера две муженоски приходили сосать... - говорил я плача.
- Ах ты, гнида! - ярился мой гнусный отцемать. - Я тебе дам!