"Софья Борисовна Радзиевская. Белое Перышко " - читать интересную книгу автора

крошечных новорожденных птенчиков. Какие они, наверно, красивые! И Арсик
осторожно спустился с дерева.
Ну и гнездо! Он точно знал, где оно помещается, и все-таки, едва
отдалившись, уже не смог его различить - так искусно укрыла его мать. Только
бы она не бросила гнезда!
Но вот маленькая сероватая тень опять скользнула между ветками, и Арсик
чуть не вскрикнул от радости. Вернулась! Опять! Ну, теперь только куцему
загородить дорогу, он наверняка караулит в кустах.
Через минуту Арсик тащил к старой осине ржавую колючую проволоку. Ему
помогал другой мальчик, постарше.
- Доску приложи еще с другой стороны, чтобы проволока кору не царапала.
Теперь давай мотать. Ой, колется!
- Ничего, - проговорил мальчик постарше, - зато куцему теперь наверх
нипочем не взобраться!
- Вооу-у-уф, - донеслось из соседнего куста. Моисей сообразил, какую
ему подстроили западню, и сердечно "благодарил".

- Арсик, - послышался женский голос. - Арсик, обедать!
- Сейчас, - откликнулся мальчик и вздохнул: - Обедать, а там ужинать,
передохнуть не дадут. Ну, Колька, бежим, все равно не отстанут.
Мальчики исчезли в кустах, а над тем местом, где они только что стояли,
в воздухе промелькнула новая птичка. Она на мгновение припала головой к
гнезду и тут же опустилась на ветку около него.
- Фью-фью-фью-ди-ди-ди... - раздалась серебристая песенка. Певец
взмахивал крылышками с белыми полосками и надувал горлышко - так получалось
лучше. Маленький зяблик только что принес подруге в гнездо вкусную гусеницу
и радовался тому, что все в жизни идет удивительно хорошо.
Но вдруг веселая песенка прервалась, и зяблик тревожно пискнул: - Зиу,
зиу.
Из-под куста сирени выглянула рыжая голова. Кот Моисей желал убедиться,
действительно ли негодные мальчишки загородили ему дорогу к завтраку. Увы...
старое дерево так обмотали колючкой, что ее хватило бы на десяток осин.
Моисей, нервно подергивая хвостом, обошел вокруг дерева. Ясно, здесь времени
терять не стоит. Он медленно, словно ему и шагать-то лень, вышел на середину
тропинки и даже отвернулся от осины: ничего, мол, тут интересного нет.
Зяблик повертел-повертел головкой и тревожно чирикнул, но тут же
успокоился, надул горлышко, и опять полилась веселая песенка:
- Фью-фью-фью-дид-ди-ди... ви... чиу.
Ему, должно быть, показалось, что именно его появление испугало
страшную рыжую кошку.
А у зяблика и без кошки хлопот был полон рот. Надо не только накормить
подружку, а еще и передраться со всеми зябликами, какие попробуют сюда
сунуть нос. Пусть рискнут хоть пролететь мимо гнезда: узнают! Зяблики ведь
самые большие драчуны на свете. А этот зяблик был не только драчун из
драчунов, он и пел удивительно чисто и звонко, лучше многих зябликов, и
оттого важничал. Белые полоски на крыльях у него были шире, чем у других, и,
кроме того, на хвостике два перышка, тоже белые, как снег. Они особенно
выделялись, когда зяблик, увлеченный пением, взмахивал крылышками и
распускал хвостик. Так мы его и будем называть - Белое Перышко.
Но его звонкая песенка в эту минуту не интересовала маленькую мать.