"Богомил Райнов. Дорога в Санта-Крус" - читать интересную книгу автора

Богомил Райнов


Дорога в Санта-Крус


"Дорога в Санта-Крус узкая и размытая дождями, но самым неприятным было
не это. Гораздо неприятнее было то, что на тридцатом километре, за крутым
поворотом, меня поджидал Спятивший Джо с заряженным винчестером, о чем я
совершенно не подозревал".
В ранней юности, когда все мальчишки мечтают о путешествиях, я был
уверен, что примерно так начну когда-нибудь одну из своих будущих книг.
Разумеется, я не только не знал, что Спятивший Джо поджидает меня за крутым
поворотом, но и понятия не имел, как выглядит эта легендарная дорога в
Санта-Крус, а утверждение, что она узкая и размытая дождями, - чистой воды
гипотеза. Само название Санта-Крус засело у меня в голове скорее всего после
какого-нибудь романа или кинофильма, я никогда не был силен в географии и до
сих пор не знаю, где этот город - в Боливии или еще где - и существует ли он
вообще. Как бы там ни было, первые две фразы моего будущего романа были
готовы, и дорога в Санта-Крус открывала не только экзотические дали, но и,
как мне представлялось, еще и кратчайший путь в литературу. И то и другое
влекло меня с неодолимой силой.
С тех пор мне довелось пройти по многим дорогам, побывать в десятках
городов, заглядывать в лицо опасностям, на первый взгляд довольно обыденным,
но зато куда более реальным, чем воображаемый винчестер несуществующего Джо.
Одна из таких опасностей подстерегала меня, когда я принимался сочинять
первую фразу еще непридуманного романа. Потому что чаще всего первая фраза
эта становилась и последней.
Жизнь столкнула меня со многими авторами одной-единственной книги, к
тому же недописанной до конца. Было время, когда я боялся, что навечно
останусь членом призрачного союза писателей, не написавших за все свои дни
ни строки прозы. Сегодня, после стольких прожитых лет и стольких написанных
книг, мне трудно судить, что лучше: быть автором ненаписанного, но
прекрасного в своих расплывчатых очертаниях романа или творцом напечатанного
черным по белому произведения, которое не хочется открывать из боязни
почувствовать горький привкус разочарования.
Когда-то, однако, перспектива оказаться в числе пожизненных членов
гильдии непишущих писателей вселяла в меня ужас. Как-то так случилось, что
все мои прозаические сочинения кончались на первой фразе или на второй
странице, что в конечном счете одно и то же. С поэзией, как мне казалось,
все было проще. Это - обычная искушающая обманчивость лирики, сочинять
которую кажется легко - по крайней мере до тех пор, пока не поймешь:
простота в искусстве совсем не простое дело, краткость не облегчает, а
усложняет работу. Вот почему незрелая поэзия тоннами производится во всем
мире, а незрелая проза - исключение. Настроение, пейзаж, несколько строф и -
точка. Хорошо или плохо, но - точка и конец.
Проза была для меня мучением и заставляла испытывать трепет и страх.
Проза упорно оставалась в сфере моих благих намерений, если не считать
нескольких рассказов - была написана их первая фраза или первая страница, и
больше я к ним не прикасался. Несколько рассказов и один роман: "Дорога в