"Энн Райс. Час ведьмовства ("Мэйфейрские ведьмы" #1) " - читать интересную книгу автора

ТАЛАМАСКА.
Мы бдим.
И мы всегда рядом.

Любопытный девиз.
Ну вот, все встало на свои места. Именно англичанин с его забавной
визитной карточкой, где были указаны европейские телефонные номера,
заставил его вновь окунуться в воспоминания. Англичанин собирался
отправиться на Западное побережье, чтобы увидеться с одним человеком из
Калифорнии, который недавно утонул, но был возвращен к жизни. Доктор читал
об этом происшествии в нью-йоркских газетах - один из тех случаев, когда в
момент клинической смерти человек видит некий свет.
- Видите ли, теперь он утверждает, что обрел экстрасенсорные
способности, - сказал англичанин, - и нас это, естественно, заинтересовало.
Дотрагиваясь до предметов руками, он якобы видит образы. Мы называем это
психометрией.
Доктор был заинтригован. Он сам слышал о нескольких подобных
пациентах, жертвах сердечных заболеваний. И если он правильно помнит,
вернувшиеся к жизни утверждали, что видели будущее. "Побывавшие на грани
смерти" - в последнее время в медицинских журналах попадалось все больше
статей об этом феномене.
- Да, - отозвался Лайтнер, - лучшие исследования на эту тему были
проведены врачами-кардиологами.
- По-моему, несколько лет назад был даже снят фильм, - припомнил
доктор. - О женщине, которая, вернувшись к жизни, обрела дар целительства.
На удивление впечатляющая история.
- О, да у вас непредвзятое отношение к этому феномену, - с довольной
улыбкой произнес англичанин. - Вы и в самом деле уверены, что не хотите
рассказать мне о своем призраке? Я улетаю только завтра, ближе к полудню, и
готов выполнить любые ваши условия, лишь бы услышать эту историю!
Нет, только не эту. Ни сейчас, ни когда-либо.
Оставшись один в полутемном гостиничном номере, доктор вновь ощутил
страх. Там, в Новом Орлеане, в длинном пыльном зале тикали часы. Он слышал
шарканье ног своей пациентки, прогуливавшейся в сопровождении сиделки. До
него вновь доносились запахи новоорлеанского дома - раскаленной летней
жарой пыли и старого дерева, С ним опять говорил тот мужчина...

До той весны доктору не доводилось бывать в старинных новоорлеанских
особняках, построенных еще до Гражданской войны. С фасада дом украшали
традиционные белые колонны с каннелюрами, но краска на них давно
облупилась. Дом в стиле так называемого греческого ренессанса - длинное
городское строение фиолетово-серого цвета - стоял в мрачном, тенистом углу
Садового квартала. Два громадных дуба у входа словно сторожили его покой.
Выполненный в виде роз узор ажурной железной ограды был едва различим за
обильно увивавшими ее плющами - пурпурной вистерией, желтой виргинской
"ползучкой" и пламенной темно-красной бугенвиллеей.
Остановившись на мраморных ступенях, доктор с удовольствием любовался
дорическими колоннами, оплетенными растениями, источавшими пьянящий аромат.
Сквозь густые ветви солнце с трудом пробивалось к их пыльным стеблям. Под
облупившимися карнизами в лабиринтах зеленых блестящих листьев жужжали