"Майн Рид. Переселенцы Трансвааля (fb2)" - читать интересную книгу автора (Рид Майн)

Майн Рид Переселенцы Трасвааля

Вместо предисловия. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ЮЖНО-АФРИКАНСКИХ КОЛОНИЙ

1Голландцы в Капландии

После того как в 1497 году португалец Васко да Гама в первый раз объехал мыс (кап) Доброй Надежды, начали понемногу устанавливаться торговые сношения между Европой и Индией. Корабли стали часто подходить к этому мысу, чтобы запастись свежей водою или провизией. Селиться же на капе никто еще тогда не думал. Вся местность, известная впоследствии под названием Капландии, пользовалась дурною славою у моряков. Коренные ее обитатели, готтентоты, считались чуть ли не самыми кровожадными и зверскими изо всех дикарей.

Мысль поселиться на капе впервые возникла у голландца ван Рибеека, хирурга и ботаника, который в 1648 году по пути из Индии обратно на свою родину подробно исследовал Капландию.

Предприимчивый голландец составил проект о заселении исследованной им страны и сообщил его Ост-Индской компании, находившейся тогда в период наивысшего процветания. Компания одобрила этот проект и снарядила четыре корабля, снабдив их всем необходимым для основания колонии.

Корабли, наполненные желающими попытать счастья в новом месте, прибыли в Капландию 6 апреля 1651 года.

Все пошло отлично, благодаря уму, познаниям и распорядительности ван Рибеека, ставшего во главе колонии.

Сначала он основал у Столовой горы форт и составил для своих поселенцев строгие правила относительно обращения с туземцами. Виновный в жестокости, даже просто в оскорблении готтентота или другого темнокожего, подвергался пятидесяти ударам бича.

Благодаря разумным мероприятиям главы колонии, голландцы вскоре внушили туземцам полное доверие, выразившееся, между прочим, в том, что последние охотно стали уступать им землю, в обмен на разные орудия и другие хозяйственные предметы.

Поселенцы энергично принялись за обработку земли, разведение виноградников и за скотоводство. Не прошло и года, как колония уже начала процветать.

К несчастью, ей угрожали неприятности с той стороны, откуда и не ждали их: жестокие бури истребляли весь урожай, болезни сваливали многих с ног, и смерть похищала колонистов одного за другим.

Этим, однако, трудно было смутить энергичных, предприимчивых и терпеливых голландцев. Горькие опыты только делали их более осторожными и упорными в борьбе.

Изучив климатические условия, они вступили с ними в «ожесточенную борьбу», и через некоторое время достигли того, что мыс Доброй Надежды, считавшийся одною из наиболее нездоровых местностей, сделался самою здоровою во всем мире.

Из Голландии стали прибывать целыми семьями колонисты и начали селиться частью на берегу, частью внутри страны.

Ни одно голландское судно, направлявшееся к Ост-Индии, не проходило мимо Столовой горы, чтобы не остановиться в ее бухте, и потому Капштадт (название колонии) скоро сделался довольно значительным городом чисто голландского характера.

Для выполнения тяжелых работ голландцы стали покупать рабов, но обращались с ними, как с обыкновенными рабочими. Свободные, но бедные готтентоты добровольно шли к ним в пастухи.

Они получали хижину, содержание и имели полное право считаться принадлежащими к семье своих хозяев, никогда не позволявших себе ни малейшего произвола над ними, напротив, относившихся к ним так человечно, как только могут относиться голландцы.

Капская колония видела много перемен и невзгод. В начале наместничества ван Рибеека гарнизон форта, состоявший частью из англичан, устроил было заговор с целью истребить всех колонистов-голландцев, но, к счастью, этот заговор был вовремя раскрыт и англичан удалили.

При губернаторе Симоне ван дер Стеле (1679—1699), этом благодетеле южноафриканских колоний, явилось много французских эмигрантов, искавших себе надежного убежища. Они строили прекрасные дома, улучшали плодоводство и виноделие. К концу XVII столетия число французских переселенцев доходило уже до 3000.

Следующий губернатор, Виллем Адриан ван дер Стел, по примеру своего отца, превращал громадные пустоши в прекрасные, плодородные земли. Зато преемники его, не такие дельные и добросовестные, как он, а также и Ост-Индская компания, позволявшая вести торговлю исключительно на ее кораблях, нанесли много вреда колонии.

Когда в 1781 году возникла война между Англией и Соединенными Нидерландскими Штатами, первая захотела взять Капскую колонию, но ее отстояло посланное туда французское войско. В 1795 году Англия снова заявила претензию на колонию, и губернатор Гордон с генералом Слунским покорно передали ее Англии со всеми орудиями, боевыми запасами и прочими предметами.

Несколько лет спустя туда была послана нидерландская эскадра, под командованием капитана Лукаса, с целью отобрать колонию обратно, но эта экспедиция потерпела полное фиаско, и весь флот попал в руки англичан. Только Амьенский договор, в 1802 году, снова возвратил колонию Голландии.

Как ни пострадала колония под владычеством англичан, голландцы, со свойственною им энергией и деловитостью, сумели снова поднять ее благосостояние, но в 1806 году англичане, несмотря на данный им отчаянный отпор, опять завладели ею. Договором от 19 августа 1814 года колония официально признана собственностью Великобритании.

Однако англичанам не удалось заслужить доверие капландцев, оставшихся в душе голландцами. Это происходило главным образом оттого, что Англия, глядя на Капландию, как на покоренную страну, не находила нужным заботиться о ее интересах и, управляя ею, думала лишь о собственных выгодах.

Впрочем, отчасти были виноваты и сами капландцы. Они, по своему упрямству, систематически провоцировали на каждом шагу англичан, чем и восстанавливали их против себя.

Особенно дурно сказалось на Капландии освобождение рабов. Она вдруг лишилась всех рабочих, которые, соединившись вместе с кафрами, стали бродить по стране разрозненными шайками, причем многие из них погибали самым жалким образом.

Недостаток сил для охраны колонии от нападений дикарей и другие неблагоприятные условия вынудили голландских колонистов искать себе нового отечества. Британское правительство не препятствовало им в этом, и они отдельными партиями стали пробираться через Оранжевую реку, границу Капландии, в местности, находящиеся вокруг Порт-Наталя.

Но и там англичане не давали им покоя и гнали их все далее и далее к северу, где им, наконец, удалось прочно основаться за рекою Ваалою.

Таким образом возникла Южно-Африканская (Трансваальская) Республика, независимость которой была признана Англией в 1848 году.

2Голландские боеры

Голландские колонисты Южной Африки, иначе называемые боерами (боер по-голландски — крестьянин, земледелец), сохранили все коренные черты настоящих голландцев: религиозность, мужество, терпение, неутомимость в труде, доброту, честность и бескорыстие.

Что касается наружности, то боеры народ рослый, здоровый, сильный и красивый. Всего дороже боерам свобода, и ради сохранения ее они совершали поистине геройские подвиги. Уважая лично себя, они уважают одинаково и друг друга, так что о серьезных ссорах и раздорах между ними не может быть и речи.

Несмотря на свое крайнее миролюбие, они очень храбры. Следующий пример может послужить иллюстрацией их стойкости и смелости.

6-го октября 1838 года происходило сражение между боерами и одним из сильных кафрских племен при Омкинкгинглове. Боеров под командованием Питера Уиса и Якова Потгетьера было всего 347 человек. Кавалерия, под предводительством Потгетьера, была уже вся уничтожена превосходящими силами неприятеля. Уис, почтенный старик, семь внуков которого уже пали на его глазах, один противостоял натиску дикарей. С отрядом в двадцать человек он бросился в самую гущу неприятеля, чтобы спасти друга, сброшенного на землю споткнувшейся лошадью. Окруженному со всех сторон дикарями, ему оставалось только продать свою жизнь как можно дороже. Его последний внук, мальчик двенадцати лет, сражался рядом с ним как лев, но тоже пал. Сам старик, весь покрытый ранами и истекая кровью, отчаянно бился до последней минуты и умер с криком: «Не сдавайтесь, братья!.. Пробивайтесь вперед!.. Я умираю!..» — «Мы умрем так же, как ты, не беспокойся!» — отвечали ему боеры и, подобно древним спартанцам, погибли все до одного, уложив множество кафров.

Обращаясь по-человечески со своими слугами и рабочими, боеры вместе с тем очень гостеприимны. Они охотно пускают путешественников, прекрасно их кормят, отводят им особую комнату со всеми удобствами, заботятся об их лошадях, как о собственных, и за всё это они не берут никакой платы и даже обижаются, когда им предлагают ее.

Некоторые тунеядцы только и живут тем, что гостят месяца по три то у одного боера, то у другого и, ничего не делая, пользуются всеми удобствами, не слыша никогда даже намека, что они служат обузою и дурным примером для других.

Боеры едят и пьют хорошо: на столе у них всегда разного рода мясные блюда с овощами, яйца, молоко, сыр, хлеб нескольких сортов, вина, чай и кофе.

Одеваются они также хорошо: по праздничным дням они носят все черное, по будням — белое. В дороге мужчины носят кожаные куртки и панталоны, а женщины, если едут верхом, красуются в суконных амазонках и соломенных шляпах с зеленой вуалью. Они сами шьют себе все — одежду и обувь, сами выделывают кожу, сами ткут полотно и сами делают сукно. Покупаются ими только дорогие материи.

Боеры живут земледелием, скотоводством и охотою. Между ними есть очень крупные богачи, и вообще все они люди вполне состоятельные.

Виноделие тоже процветает у них, но только для собственной потребности.

Обучение в школе для них обязательно. Учатся читать, писать, арифметике, географии, всеобщей истории и естествознанию. Преподаватели в их школах — большей частью люди, имеющие докторский диплом. Многие учатся и иностранным языкам. Мыслителей между боерами нет, но зато во всем, что касается практической жизни, они положительно велики и достойны всякого уважения.