"Мэри Рено. Персидский мальчик " - читать интересную книгу автора

пути нет. Никто из нас не доверяет Бессу; об Александре, по крайней мере,
говорят, что он держит слово, однажды дав его.
- Но где искать Александра?
- В эту минуту он, должно быть, проходит Врата. Два персидских
властителя бросились навстречу; говорят, пусть лучше Дарий будет с ним,
нежели с изменниками. К тому же и сами они явно не останутся внакладе.
- Молю Бога, чтобы они не опоздали.
- Если Александр спешит, он действительно скор. И мы вовсе не хотим
встать у него на пути... Персы далеко впереди; они жаждут переговоров, а не
битвы. Ага, вот и наша колонна!
Сдерживая голоса, воины пробирались меж деревьями, словно тени. Дориск
не вел меня прямо к ним, но шел в стороне. Сейчас я был покрыт синяками и
сбил ноги от долгой ходьбы в промокшей обуви, так что был признателен за
помощь. Когда я споткнулся в очередной раз, Дориск взял у меня суму.
Тускловатое мерцание меж стволов красноречиво заявляло о близком рассвете.
Дориск присел на упавший ствол, и я тоже был не прочь передохнуть.
- Значит, я думаю вот что, - сказал он. - Мы обогнем горы, не выходя на
дорогу. Идем в Гирканию, а потом... кто знает? Если ты твердо решил догнать
персов, то, по-моему, завтра добьешься своего, когда к полудню они разобьют
лагерь. Придется попотеть, раз уж ты не привык ходить пешком. - Он помолчал;
светлеющее небо теперь показало мне его голубые глаза. - Или можешь идти
дальше со мной и принять мою руку. Тебе не придется хвататься за свой нож.
Это я обещаю.
Я вспомнил, как он улыбался мне, когда мы встретились в первый раз.
Теперь в его улыбке было меньше тоски и больше надежды. С удивлением я
подумал, что теперь могу ответить "да" или "нет", как захочу. Впервые в
жизни. И я сказал:
- Да, я пойду с тобой.
Догнав колонну, мы заняли в ней свое место. Даже когда совсем рассвело,
никто не удивлялся, видя меня среди воинов. Нескольких мужчин сопровождали
мальчики, шедшие рядом с ними. Многие греки предпочитали женщин, но их
подругам приходилось держаться позади строя.
Когда мы остановились передохнуть, я разделил с Дориском последние
крохи имевшейся у меня пищи. Он сказал, что впервые в жизни ему выпадает
честь вкусить яств с царского стола.
Он оказался заботливейшим спутником. Когда мои натертые ноги нестерпимо
заныли, он бросился на поиски заживляющего раны бальзама и нашел его у
одного из воинов. Сняв мою обувь, Дориск собственными руками смазал и
перевязал мне ноги, повторяя, сколь они стройны и прекрасны, хоть они и были
в таком виде, что я постыдился бы их показывать. Один раз, когда никто не
смотрел в нашу сторону, он даже поцеловал их. К счастью, когда я боролся со
своим насильником в кустах, мой лук отлетел в сторону и не пострадал, а
стрелы чудом не выпали из колчана, так что и я мог предложить ему что-то (не
считая любви), стреляя дичь для общего котла.
Дориск рассказал мне об Афинах, где, по его словам, в довольстве и
достатке жила его семья, пока некий злодей не привлек его отца к суду по
ложному обвинению; злоумышленник нанял известного оратора, который очернил
имя отца Дориска грязной ложью. Судьи сочли его виновным; семья лишилась
доходов, и Дориск, младший из сыновей, был принужден продавать свой меч. По
его словам, тот же самый оратор наставлял народ, как следует голосовать,