"Мэри Рено. Персидский мальчик " - читать интересную книгу автора

язык тебе не связывали путы моего гостеприимства. Так пусть же меж нами не
будет недомолвок. Дарий - царь, каким бы скверным полководцем он ни был. Но
я - перс, и для меня второе важнее первого... Я не искал (как некий визирь,
твой тезка) царя, который стал бы моим слугой. Мне был нужен царь, который
вел бы нас к победам, служить коему я сам почитал бы за честь. Что ж, Митра
посмеялся надо мной. Когда все было кончено, я превратился в перса, у
которого вообще нет царя.
Быть может, вино разморило меня, притупив сознание, но оно не успело
замутить его вовсе. Зачем Набарзан говорит все это? Зачем признался в
цареубийстве? Отчего не считается с разницей в нашем положении? Никакого
смысла в том я не находил.
- Но, господин мой, - сказал я, - все вы собирались посадить на трон
Бесса. Неужели и он также погиб?
- Пока еще нет. Он надел митру и отправился в Ба-ктрию, но смерть
настигнет Бесса в тот момент, как только до него доберется Александр. Я
больше страдаю от собственного недомыслия, чем от содеянного предательства.
Так-то, мой милый мальчик. Я искал царя для Персии, а нашел лишь разбойника
с гор.
Набарзан вновь наполнил мою чашу.
.- Я полагал, он сумеет обрести величие, когда царство упадет к нему в
ладони. Увы. Как только Дарий был связан, все бактрийское воинство
превратилось в свору мерзавцев. Бесс не смог остановить грабежа царского
шатра, который уже принадлежал ему самому! Они завладели бы даже сундуком с
деньгами, не позаботься я о нем заблаговременно...
В его словах опять послышалось мурлыканье леопарда. Теперь я многое
понимал.
- Но то было лишь начало. Они крушили все вокруг, будто оказались
посреди чужих земель: грабили, насиловали, убивали. Почему бы нет? Ведь они
же не в Бактрии. Я напомнил Бессу, что отныне он - великий царь; его люди
режут его же подданных! Бесс счел это должным вознаграждением за верную
службу. Я убеждал поспешить - если бы нас догнал Александр, все оказалось бы
впустую. Бесс отмахнулся. И тогда глазам моим предстала истина: он не собрал
своих воинов в кулак только потому, что не мог! Они служили за страх и
совесть при старом порядке, который понимали. Теперь же они знали одно: нет
более царя, все порядки рухнули. И они правы. Царя действительно нет.
Темные глаза Набарзана, затуманившись, созерцали что-то за моей спиной.
Мне же пришло в голову, что с тех пор, как он забился в эту дыру, я был
первым, с кем он мог поделиться своими печалями.
- Стало быть, Александр вихрем налетел на нас с той горсткой людей, что
выдерживали его бешеный темп, и нашел наши тылы шатавшимися, словно пьяные
крестьяне в базарный день. Сотни воинов Александра окружили тысячи наших,
как пастухи - стадо.
С меня было довольно. Я потерял самого себя, положение, будущее (и даже
веру, как ты сказал бы мне, если б только мог), чтобы вместо никчемного
труса посадить на престол бесполезного негодяя. Даже поражение у Исса не
оставило во мне такой горечи. С отрядом собственных всадников, еще не
растерявших последние крохи дисциплины, я бежал прочь и, пройдя через все
эти леса, встал лагерем, где ты и нашел нас. Сказать на это было нечего, но
я вспомнил о своем долге перед Набарзаном:
- Но и тут тебя подстерегают опасности, господин. Александр идет на