"Карен Робардс. Призраки озера " - читать интересную книгу автора

акации, росших вдоль ограды. Ближе к дому, перед окружающими его аккуратно
подстриженными темно-зелеными кустами самшита, во всей красе разросся
малиновый амариллис. Воздух благоухал ароматом цветов, и дышать им было
одно удовольствие.
Правда, эту великолепную картину изрядно портили оставленные повсюду
следы вчерашней вечеринки. Иллюминация была выключена, но гирлянды все еще
свисали с крыши дома и беседки, с деревьев и кустов. Утром эти огни,
служившие вчера украшением праздника, придавали территории неопрятный вид,
напоминая только что проснувшуюся женщину, забывшую с вечера снять макияж.
В дальнем конце сада трудились четверо рабочих. Двое из них, с черными
пластиковыми мешками в руках, собирали мусор, остальные орудовали граблями.
Под ногами Оливии валялись пластиковые стаканы и вилки, салфетки, лопнувшие
воздушные шарики и прочий мусор, и, похоже, так было везде.
Оглядываясь по сторонам, она заметила павлина, появившегося из-за
дома. Сойдя с тропинки, Оливия прямо по газону направилась к птице, с
завороженной улыбкой наблюдая, как павлин наклонил голову и схватил что-то
в клюв. Несколько энергичных движений головы - и найденный предмет исчез в
глотке птицы. Оливия поняла, что павлин только что проглотил сигаретный
окурок, причем с таким аппетитом, как будто это был кусочек крекера. Потом
павлин продолжил свой путь, вышагивая по двору исполненной достоинства
походкой. Вслед за ним показались две павы, которых Оливия уже видела
раньше, и так же деловито принялись клевать траву, а затем показался второй
павлин, величаво выступающий с распущенным во всей красе хвостом.
Яркое, переливающееся голубым и зеленым оперение птицы в это солнечное
утро являло собой действительно прекрасное зрелище.
Плантация Ла-Анжель оставалась такой же, какой была всегда. Оливия
обогнула угол дома и направилась на задний двор - место, относящееся скорее
к прошлому, чем к настоящему. Но сегодняшним утром, наполненным ароматом
цветов и воспоминаниями о мятежной юности, даже в этом была своя прелесть.
Вдруг краем глаза она заметила какое-то движение и оглянулась в
сторону дома. Белая персидская кошка, размахивая в воздухе хвостом, как
огромным пером, медленно двигалась по карнизу верхней галереи. Один
неверный шаг - и она грохнулась бы на землю с высоты двадцать футов, но
кошка невозмутимо продолжала свое шествие, словно передвигалась по ровной
земле. Только в последний момент Оливия поняла конечную цель ее
путешествия: Хлоя, все еще в голубой ночной сорочке, с двумя хвостиками
светлых волос, стянутыми резинками, нагнулась над карнизом в дальнем конце
галереи, держа что-то в руке. Мгновение - и рука девочки разжалась.
Предмет полетел вниз, сверкая и переливаясь на солнце, и приземлился в
кустах, едва пошевелив листву.
Хлоя выпрямилась и увидела Оливию как раз в тот момент, когда та
подняла голову и посмотрела на девочку. Растерявшись, Оливия не успела ни
окликнуть девочку, ни помахать ей рукой. Хлоя тоже ничего не сказала.
Злобно сверкнув глазами в сторону Оливии, она схватила кошку, к тому
моменту уже поравнявшуюся с ней, и исчезла в тени галереи.
Сгорая от любопытства, Оливия бросилась к кустам и стала искать в том
месте, где упал предмет. Кусты благоухали тонким, напоминающим ваниль
ароматом, благодаря которому кустарник получил свое название. Его нежные
белые цветы и резные листья служили своеобразным укрытием, образуя внутри
свободное пространство. Когда-то в детстве Оливия с другими детьми очень