"Майкл Скотт Роэн. Облачные замки ("Хроники Стивена Фишера или Спираль" #3)" - читать интересную книгу автора

призраки прошлого, легенды и сказания, свидетельства того, что могло
когда-то случиться и все еще может произойти. Они то и дело вступают во
взаимодействие с реальностью. Ты можешь всю жизнь потратить на поиски - но
даже намека на их существование не обнаружишь. Однако если уж научишься, то
это будет получаться у тебя в мгновение ока. Там, к западу от заката и к
востоку от восхода луны, на бескрайних просторах раскинулись Саргассово море
и Моряцкий Рай* [Fiddler's Green (англ.) - легендарное место, где души
погибших моряков предаются вечному веселью.], там лежат Кладбище Слонов,
страна Эльдорадо и империя Пресвитера Иоанна*. [Легендарный христианский
священник и правитель великой империи, которая, по первоначальным сведениям,
находилась в Азии, а затем ассоциировалась с Эфиопией.] Все, что сохранилось
в сознании и памяти людей, - богатства, красоты, опасности и, возможно,
многое другое. Но призраки ли они, Стив, или же реальность лишь их призрак?
Я не знал, что ему ответить. И до сих пор не знаю.


Глава 1


Водитель ударил по тормозам. Машину занесло, и, как в замедленной
съемке, бутылка, пролетев мимо, разбилась вдребезги на и без того
искореженной мостовой. Пламени не было, только брызнуло во все стороны
темное пиво. Сегодня нам повезло больше, чем многим другим.
Лутц что-то прокричал, высунувшись из окна машины, но вооруженные
полицейские, стоявшие в оцеплении у отеля, уже ринулись к небольшой кучке
юнцов, которые бросились врассыпную, рыча по-звериному и швыряясь всем, что
попадало под руку. Они размахивали обрывками транспаранта, древко которого
использовали явно по другому назначению. Я разобрал только часть лозунга -
что-то вроде... RAUS!* [Вон! (нем.)]
Наверное, лозунг начинался со слов Capitalisten* [Капиталисты (нем.).]
или Juden* [Евреи (нем.).]; их опять начали в открытую отождествлять.
Пробегая мимо машины, разбушевавшиеся юнцы пинали ее ногами, молотили
кулаками по крыше, плевали в окна. Передо мной мелькали тупые, грубые лица,
по-тюремному наголо остриженные головы, выпученные глаза, рты, перекошенные
воплем ненависти. И все они были какие-то одинаковые, будто безумие наложило
некий общий отпечаток и на их внешность. Лутц недовольно фыркнул и тяжело
откинулся на спинку сиденья, обеими руками пригладив гриву седых волос.
- 'S tut mir leid* [Мне жаль (нем.).], Стивен, - пробасил он. - Эти
гориллы не отдают себе отчета, в кого кидаются всякой дрянью!
Я не стал высказывать предположение о том, что, знай они это, их
действия носили бы куда более упорядоченный и направленный характер. Барон
Лутц фон Амернинген был несколько преувеличенного мнения о важности
собственной персоны и вряд ли оценил бы мое замечание. Кроме того, после
успешной презентации он пребывал в благодушном состоянии. Поэтому сказать
ему сейчас такое - было все равно что проткнуть воздушный шарик на глазах у
ребенка. Портье отеля распахнул дверцу машины, и Лутц легко выпрыгнул вслед
за мной. Он обхватил мои поникшие плечи своей огромной ручищей, и мне в лицо
пахнуло кисловатым запахом "Дом Периньон" - на фуршет после презентации не
поскупились.
- Может, все-таки пойдешь со мной? Сыграем партию-другую в теннис,