"Constance_Ice. Гарри Поттер и келья алхимика (Главы 1-8)" - читать интересную книгу автора

надоедливых папарацци и занудливых гениев из Сохо и Ноттинг-Хилла. Здесь
самое подходящее место!"

"Похоже, тебе все равно, если на меня в этой мокрой пустыне кто-то
нападет и порежет на кусочки".

"Думаю, дорогая, что он побоится сунуться в такой дом. Кроме того, ты
сама рассказывала мне, что нашла в стенном шкафу здоровенный старинный
дробовик", - ничто, казалось, не может испортить Мэтту хорошее настроение.

"Да уж, в этом музее хватает экспонатов. Хорошо еще, что местная
древняя сантехника в необычном порядке и не пришлось ничего доставлять
вертолетом", - проворчала я, наблюдая за тем, как Кайл Калайцидис обхаживает
возле столика у окна объемистую фемину - редактора "Солсбери". Кайл изящно
орудовал крошечной вилочкой в маленькой тарелке с салатом "Элегия" и
кончиком острого розового языка облизывал сладкую улыбку на пухлых губах,
пока мощногрудая редакторша заинтересованно скользила взглядом по его
бицепсам. - "В соседней деревне мне сказали, что продуктами весной и осенью
надо запасаться загодя, потому что после дождя сюда вообще невозможно
добраться".

"Если нужно, найми кого-то из местной службы доставки", - пожал плечами
Мэтт.

Его всегда мало интересовало все то, что не было связано с рекламой или
прибылью для их с дядюшкой фирмы. "Харт и Дилэйни-Харт" были единственным
агентством, которое уже больше десяти лет назад согласилось представлять мои
интересы на весьма выгодных для меня условиях, учитывая, что у меня на руках
тогда кроме первого романа не было ничего, кроме долгов и желания их
выплатить как можно скорее. Мэтт тогда был не младшим компаньоном, а еще
совсем юным помощником в конторе, и шанс раскрутить меня был в то же время и
его шансом, поэтому он набегал по издательствам немало кругов, прежде чем
"Солсбери" нехотя согласилось включить меня в план самым маленьким тиражом.
Деньги он чуял, как терьер - лису, поэтому провозился со мной достаточно
долго, прежде чем я и сама поверила в то, что моими писаниями можно хоть
что-то заработать. Вложив в меня достаточно для того, чтобы поднять на ноги
и заставить работать на поток, Мэтт теперь заслуженно получал немалые
проценты с моего труда, лишь изредка устраивая мне профилактические "порки",
как мы с ним их называли. "Порки" были обычно связаны с моим стремлением
написать то, что он не сможет продать, и сейчас был именно такой период
времени, когда мне снова хотелось съехать с накатанной дорожки и придумать
что-то совсем другое. Мэтт вновь ревностно занялся моим воспитанием,
одновременно в рекламных целях заполнив газеты разными дурацкими сплетнями,
из-за которых я уже боялась показаться на улице. В конце концов, мы пришли к
мирному соглашению: я покупаю этот весьма уединенный дом, похожий на
обиталище семейки Аддамсов; спокойно пишу очередной шедевр; мы зарабатываем
на нем деньги и вновь отодвигаем от себя призрак нуля на банковском счете.
Этого призрака Мэтт боялся куда больше тех теней, о которых я ему рассказала
в первый же день, когда он переступил порог этого дома, поэтому мои опасения
были им решительно отвергнуты.