"Михаил Константинович Розенфельд. Ущелье алмасов (Приключенческая повесть) " - читать интересную книгу автора

Михаил РОЗЕНФЕЛЬД

УЩЕЛЬЕ АЛМАСОВ



НОЧЬ НА НЕВЕ
(Вместо пролога)

В один из вечеров середины августа, будучи в Ленинграде, я плыл по Неве
к Кировским островам. Маленький нарядный пароход, переполненный шумной,
праздничной публикой, быстро летел, расплескивая спокойную воду, и среди
величавой реки, на фоне массивной гранитной набережной он казался весёлой
игрушкой. Пароход свернул на Малую Невку, из-под сводов моста раздался
гудок, и следом за ним выползло точно такое же судёнышко, возвращавшееся с
островов. На минуту пассажиры умолкли, стараясь разглядеть на встречном
пароходе знакомых, и когда он проходил мимо, сосед подтолкнул меня локтем:
- Смотрите, слушайте: вас зовут.
И действительно, в гуще столпившихся на борту людей выделялась высокая
фигура молодого человека. Он энергично махал руками и кричал:
- Узнали?.. Висковский!.. Я Висковский! Помните Монголию?
Быстро уплывал пароход. Кричавший человек перебежал на самый конец
кормы:
- Слышите меня?.. Я Висковский... Позвоните пятьдесят три сорок
восемь... Много интересного...
...Висковский... Монголия... В первое же мгновение, как только меня
толкнул сосед, услышав голос Висковского, я тотчас узнал его. Однажды
встретив человека в бескрайной монгольской степи, вы никогда его не
забудете, и мог ли я не помнить геолога Висковского, с которым пять лет
назад мы путешествовали по степям и пустыням Западной Монголии!
В наступившей темноте загорелись огни Парка культуры и отдыха. Но я в
это время был далеко от Невы. В памяти проносились курганы, синие горы
монгольского Алтая, где мы засыпали под рёв голодных барсов и просыпались от
хищного клёкота орлов. Это было летом 1930 года. В Монголию по приглашению
народного революционного правительства приехала комплексная экспедиция
Всесоюзной академии наук. Несколько отрядов геологов, географов и астрономов
отправились во все концы огромной страны. Специальный корреспондент
"Комсомольской правды" ехал с представителем Министерства народного
просвещения Н., который знакомился с работой всех отрядов.
В течение двух месяцев, передвигаясь на автомобилях, мы совершили рейс в
три тысячи километров - от столицы Монголии Улан-Батора до Кобдо и затем к
границе Советского Союза, до Кош-Агача.
Как-то ночью, не доехав километров пятнадцать до намеченного становища,
мы расположились на ночёвку в степи. Разведя костёр из сухого кустарника и
установив монгольскую палатку - майхан, мы легли у огня. Трое
путешественников в непроницаемой мгле ночи чувствовали себя в эти часы
одинокими, и представитель министерства старый монголовед Н. долго ворочался
на своей медвежьей шкуре. Старик в бессонные ночи имел обыкновение
рассказывать различные истории - он не любил гнетущей тишины и часами
предавался воспоминаниям, стараясь удержать нас от сна. Нередко старик