"Фред Сайберхаген. Разоренные земли" - читать интересную книгу автора

захвату старика. Зарф с отрядом в сорок солдат наткнулся на него, спящего
в лачуге. Теперь Экумен начинал понимать, что, если бы старик успел
проснуться, они бы не смогли его захватить. Даже несмотря на теперешнее
незавидное положение узника, Элслуд и Зарф вместе не смогли выпытать у
него даже имени.
В глубине ямы мерцающий свет факела необычайно ярко отражался от
цепей, сделанных из необычного металла. У ног старика темнела лужа крови,
но ни одна ее капля не принадлежала ему. Перед ним без признаков жизни
лежал один из тюремщиков Экумена. Этот человек неосторожно приблизился к
закованному чародею и был неприятно удивлен, когда его собственный
пыточный нож сам собой выскользнул из ножен, взлетел в воздух и по самую
рукоять вонзился притупленным клинком в горло своего хозяина. После этого
Экумен приказал всем своим людям удалиться и оставил в помещении только
двух магов.
Позже, когда узник начал выказывать еле заметные признаки упадка сил,
Экумен собрался было снова вызвать тюремщиков, чтобы выяснить, что могут
сделать маленькие ножи и пламя. Но маги отсоветовали ему делать это,
клянясь, что лучший способ продлить мучения, чтобы извлечь из жертвы
полезные сведения, - продолжать начатое с помощью магии. Их гордость была
уязвлена.
Сатрап подумал и предоставил магам делать дело по-своему, а сам в
течение всех долгих часов допроса сидел, внимательно следя за всем
происходящим. У него был высокий лоб и густая темная борода. Он был одет в
простой плащ с черным и бронзовым; его черные сапоги нетерпеливо шаркали
по каменному полу.
Лишь на исходе ночи - впрочем, здесь, в темнице, день и ночь ничем не
отличались друг от друга - старик наконец нарушил молчание. Он заговорил,
обращаясь к Экумену, и его слова, очевидно, не были заклинанием, ни
тайным, ни явным, так как довольно ясно донеслись через заградительное
пространство над ямой для пыток. Когда к концу речи силы жертвы начали
иссякать, Экумен поднялся с кресла и наклонился вперед, чтобы лучше
слышать. Лицо сатрапа в это мгновение выражало почтительность, словно он
просто выказывал вежливость по отношению к человеку старше его по
возрасту.
- Слушай меня, Экумен!
Ручная жаба ниже припала к полу, замерев при первых звуках этих слов.
- Слушай меня, потому что я - Арднех! Арднех - тот, кто ездит на
Слоне, кто повелевает молниями, кто разрушает крепости, словно время,
разъедающее истлевшую одежду. Ты убиваешь меня в этом воплощении, но я
воскресну в другом человеческом существе. Я - Арднех, и в конце концов я
убью тебя, и ты не воскреснешь.
Учитывая обстоятельства, Экумен понимал, что в угрозах нет никакой
опасности. Однако слово "Слон" сразу привлекло его внимание. Когда оно
прозвучало, он быстро глянул на своих магов. Зарф и Элслуд, встретившись с
его взглядом, потупились, и он все свое внимание обратил на узника.
Теперь мука проступила на лице узника и звучала в его голосе. Заслоны
рушились, силы его иссякали, и он быстро превращался в простого старика,
каких тысячи, в обычную умирающую жертву. Напрягаясь, он прохрипел:
- Слушай меня, Экумен. Ни днем, ни ночью убью я тебя. Ни клинком, ни
из лука. Ни пальцами, ни кулаком... Ни сухим, ни мокрым...