"Маргит Сандему. Вьюга ("Люди Льда" #10) " - читать интересную книгу автора

Виллему, единственный ребенок Габриэллы и Калеба, проснулась в
предрассветные сумерки оттого, что кто-то бросил камень в окно.
Она вскочила с постели, но тут же пошатнулась и ударилась о край
кровати. К этому она привыкла, сама была виновата в том голоде, который
изнурял ее, отнимая силы.
В 1673 году после нескольких неурожайных лет страну охватил ужасный
голод. Поместье Элистранд, где жила Виллему, находилось в лучшем положении
по сравнению с большинством поместий уезда. Выручили старые запасы. Но
Виллему была упрямой. Она делилась всем с другими пока была возможность и
испытывала некую жестокую радость оттого, что подвергала себя такому
аскетизму.
Все это начинало сказываться на ней. В свои семнадцать лет, обладая
своеобразной очаровательной внешность, она начала худеть. Светлые с
рыжеватым оттенком волосы поблекли, желто-зеленые глаза глубоко запали. Кожа
стала почти прозрачной.
Но все ее существо светилось внутренним пламенем, которое было почти
устрашающим. В нетерпеливых движениях, словно она таила в себе некую
огромную силу, в резкой манере разговора, в ярких глазах - всюду была эта
страшная сила. Это напоминало вулкан, наполненный не находящей выхода
огненной лавой.
Она подошла к окну. На улице стояли Никлас и Ирмелин. Ее родственники
из поместий Липовая Аллея и Гростенсхольм. Оба старше ее на один год.
Виллему жестом показала: сейчас выйду.
Быстро и небрежно накинула на себя платье, особой заботы о своей
внешности она не проявляла. Она любила лишь опрятность. Габриэлла часто
приходила в отчаяние, глядя на свою непокорную дочь.
Молодую девушку мучила неукротимая жажда жизни. В душе она страстно
желала чего-то особенного - того, что, она это чувствовала, скрывалось в
будущем, чего-то необычайного, которое ей так сильно хотелось испытать.
Слушая чужие рассуждения о любви, она знала, что ее понятие любви было
совершенно иным. Для нее любовь была чем-то бескомпромиссным, чувством,
которому человек отдавал всего себя. Чем-то таким, что полностью возвышало
человека, и он сам становился любовью. Этого она еще не переживала, но она
ждала...
Она вышла во двор. Было холодно. Воздух дышал морозом. Неслышно
подкрались первые осенние ночи с звенящим под ногами тонким льдом на озерках
и хрустящими былинками травы.
- Привет, - сказала она и снова убедилась, что Никлас превратился в
очень привлекательного молодого человека, возбуждающего интерес своими
косящими глазами, отдающими желтизной.
- Что случилось? Почему вы оказались здесь так рано?
- В Гростенсхольме сегодня ночью побывали воры, - ответил он.
- Меня это не удивляет. Продукты?
- За ними приходили, - сказала Ирмелин, - но взять ничего не успели.
- Идиоты! - воскликнула Виллему. - Ведь знают, что твой отец
справедливо распределяет все это между хуторами и мелкими хозяевами. И кто
же это был?
- Говорят, что люди с хутора Свартскуген.
- Могу себе представить! Неужели у этих людей такое искаженное понятие
гордости? Отказываются от нашей помощи. А воровать могут! А вы-то почему