"Дмитрий Санин. Прекрасное далеко" - читать интересную книгу автора

стало много; они колыхались и накатывали, как призрачный прибой... Николай
же размеренно шел вперед, не обращая внимания на происходящее над головой.
...И даже когда он снимал с нее эту чертову блузку - это было начисто
лишено всякой развратности, ради которой все это... Просто гигиеническая
процедура, вроде вынимания и полоскания вставной челюсти. "Отсутствие
регулярного секса вредно для здоровья и самооценки" - наверное, так было
написано в ее женских журналах...
"Сучка..." - в третий раз с неприязнью подумал Николай, отдирая от
банки прилипшие пальцы, и сделал глоток побольше, будто запил пилюлю. Только
и слышал от нее: "я хочу", "мне нравится", "мне приятно", "мне доставляет
удовольствие...", "я уважаю твою точку зрения..." - и никогда не слышал от
нее "мы" и "нам". Он снова хлебнул. Впереди уже был виден проспект
Просвещения, по Выборгскому шоссе метались взад-вперед машины, на
автосалонах бездушно светились надписи Opel, Chevrolet, Nissan.
А в зените, тем временем, уже безмолвно бушевал шторм. Шторм-призрак.
Носились волнистыми лентами бледные холодные сполохи, уже почти доставая до
земли своими прозрачными щупальцами. Но Николай не смотрел на небо; а если
бы и посмотрел, то все равно не увидел бы ничего - слишком уж ярко горели
рекламы... Да и что тут такого? Не такая и редкая вещь у нас. Подумаешь -
мощные выбросы в магнитосферу...
...Никаких чувств у них не было. Она, правда, вчера распустила пузыри -
но это просто самолюбие, уязвленное правдой... А Николаю вообще было на
удивление безразлично. До брезгливости - как к перемазанной жиром и кетчупом
одноразовой тарелке, когда она вываливается из переполненного мусорного
ведра. До полного нежелания - никого и ничего. Просто шел домой (вернее, в
свою съемную квартирку) - с мерным равнодушием большого часового механизма -
и накачивался на ходу безвкусным баночным пивом.
"Не-ет, твое это все. Не твое. Гуляй лучше сам по себе, Кот-Баюн..."
На той стороне шоссе фосфоресцировала сине-зелеными огнями заправка,
похожая футуристической красотой на космическую станцию далекого будущего.
За заправкой высились меловые утесы панельных домов - желанный берег, где
тихая гавань двора, и зовут уютные огни очагов в пещерах... "А нажрусь-ка я
дома, как следует..." - с некоторым оживлением подумал Николай, и перебежал
шоссе.
...Возле заправки растерянно метался человек. Он торопливо перебегал от
одного конца тротуара к другому, вертелся, приседал и даже встал на урну,
пытаясь увидеть подальше. Забежал на заправку, заглянул в магазин - и как
ошпаренный, вылетел оттуда на тротуар, пробежал вперед, потом обернулся, и
побежал к Николаю. Николай спокойно шел, с любопытством наблюдая. Перед
въездом на заправку они поравнялись. Человек (оказалось, совсем молодой)
порывисто подбежал к Николаю, и остановился в паре метров, вытаращив глаза,
освещенный сине-зеленым светом эмблемы Neste.
- Terve! - задыхаясь от бега, испуганно сказал он. - Hyvaa iltaa!
"А..." - сразу все понял Николай. Он чуть не расхохотался.
- Excuse me, s-sir, please could You tell where I am? I am... I am
lost...
Николай, мысленно катаясь со смеху, участливо задрал брови. Желтые
кошачьи глаза его юмористически искрились в полутьме. Он сочувственно кивал,
глядя с высоты своего роста на потерявшегося финна, и собирал расползшиеся
по уголкам памяти остатки английских слов. Финну на вид было не больше лет