"Анджей Сапковский. Владычица озера (Часть 2, главы 7-12)" - читать интересную книгу автора

делать с удочкой на Лох-Гласкарнох за
четыре дня до окончания периода,
запрещающего рыболовство?"
"Inverness Weekly" от 18.03.1906
года

ГЛАВА 7

Поднялся ветер, небо на западе начало темнеть, наплывающие волнами
облака одно за другим гасили созвездия. Погас Дракон, погасла Зимняя Дева,
погасли Семь Коз. Облака закрыли горящее ярче и дольше других Око.
Небосклон вдоль горизонта осветили короткие вспышки молний. С глухим
грохотом прокатился гром. Ветер резко усилился, сыпанул в глаза пылью и
сухими листьями.
Единорог заржал и послал ментальный сигнал. Цири сразу же поняла, что он
хотел сказать.
Нельзя тянуть. Единственная наша надежда в быстром бегстве. В нужное
место и нужное время. Поспешим, Звездоокая.
"Я - Владычица Миров, - напомнила она себе самой. - Я - Старшая Кровь, у
lem власть над миром и пространством. Я - кровь от крови Лары Доррен".
Иуарраквакс заржал, поторопил. Кэльпи поддержала его протяжным
фырканьем. Цири натянула перчатки.
- Я готова.
Шум в ушах. Вспышка и яркость. А потом - тьма.

Воды озера и предвечерняя тишина несли ругань Короля-Рыбака, который на
своей лодке тянул и дергал леску, пытаясь освободить блесну, зацепившуюся
за дно. Глухо плеснуло упущенное весло.
Нимуэ нетерпеливо кашлянула. Кондвирамурса отвернулась от окна, снова
склонилась над акварелями. Особенно притягивал взгляд один из картонов:
девушка с развевающимися волосами верхом на вздыбленной вороной кобыле.
Рядом - белый единорог, тоже поднявшийся на дыбы. Его грива развевается
так же, как волосы девушки.
- Пожалуй, только относительно одного этого фрагмента легенды, -
заметила адептка, - мнения историков не разошлись. Они единодушно считают
его вымыслом и сказочным украшательством либо же тонкой метафорой. А
художники и графики назло и наперекор ученым облюбовали именно этот
эпизод. Пожалуйста, что ни картинка, то Цири и единорог. Например - здесь:
Цири и единорог на обрыве у приморского пляжа. А тут, смотри, Цири и
единорог на фоне прямо-таки пейзажа из наркотического транса, ночью, под
двумя лунами.
Нимуэ молчала.
- Словом, - Кондвирамурса отложила картоны на стол, - всюду Цири и
единорог. Цири и единорог в лабиринте мест. Цири и единорог в бездне
времен.
- Цири и единорог, - сказала Нимуэ, глядя в окно, на озеро, на лодку и
мечущегося в ней Короля-Рыбака. - Цири и единорог появляются из небытия,
как призраки, висят над гладью вод одного из озер... А может - одного и
того же озера, связывающего, как застежка, времена и места всякий раз
разные - и все же всегда одни и те же?