"Александр Сегень. Невская битва " - читать интересную книгу автора

лежащее в груди всю эту зиму, покуда он влачился по Земле Русской, видя ее
беспри мерное и полное разорение. Но чем ближе был Торопец-городок, куда
стремился странник, тем больше охватывало его чувство радости, что вот уж
скоро встретится он с Ярославичем и порадует его благою ве стью, несомой от
самих тех земель, где проповедовал и страдал Господь наш Иисус.
Горе мрачное стояло за спиной инока Алексия, жгло ему пешие пяты,
дышало огнем в затылок - ничего не осталось от обители, из которой два года
назад отправился он в святые земли, никого не по щадила смерть из
монастырской братии, провожав шей его тогда в дальнее паломничество.
Неведомое племя с востока истребляло русичей. Бог, любя Русь, наказывал ее
за многие прегрешения, как ка рают того, от кого ждешь великих дел. Родной
Переяславль, покинутый для края чужого, встретил странника пепелищем, по
которому бродили несча стные тени.
Алексий родился в небольшом сельце на берегу Клещина озера1 за двадцать
лет до Александра, рано остался без родителей, отроком подался в
Переяславль, в Борисоглебскую обитель к игумену Иадору. Братия была тут
немногочисленная, в разные годы от семи до десяти иноков, в основном все
хорошие, по кладистые и спокойные. Алексий средь них был са мый строптивый.
Но ни разу не возникало у него же лания покинуть монастырь. Постригли его в
осемьсот-летнюю годовщину преставления преподобного Алексия, человека Божия,
в честь которого и назвали новоиспеченного монаха. Но должное смирение так и
не пришло к нему, покуда не родился у князя Яро слава Всеволодовича второй
сынок.
В тот день, тридцатого мая двадцать восьмого года2 , словно доброе и
спокойное солнце просияло в душе у Алексия. Он бы и сам не смог толком
объяснить, что связывало его с новорожденным княжичем, но, когда кто-либо
говорил что-то о маленьком Ярославиче, светлое тепло разливалось во всем
существе монаха, и он молился о нем - да пошлет Господь Бог в лице этого
новоявленного русича мир и спасение всей Земле Русской.
Новый Ярославич появился на свет в день препо добного Исаакия
Далматского, игумена и исповедни ка, и Иадор тогда сказал:
- Приведи нам Бог такого в нем Исаакия, кото рый говорил царю Валенту,
что не побьешь варваров, докуда не воспылаешь любовью ко Христу Богу.
А монах Феодор добавил:
- И иже ни в пропастях, ни в болотах не погиб нет.
Святой обряд Крещения совершен был на двенад цатый день по рождению. И
дано было Исаакию крес тильное имя Александр в честь доблестного воина и
мученика Александра Фракийского, память коего в тот день совершалась.
Инок Алексий издалека наблюдал за Крещением и урывком видел сей колобок
румяный. И показалось ему, что младенец был при Крещении как-то не
по-младенчески разумен, словно понимал важность про исходящего; а когда
трижды погрузили маленького в купель, яркое солнце озарило окна храма и
княжоночек мокрый весело рассмеялся. Рассмеялся и что-то пропел душевное.
Многие умилились, и кто-то сказал громко:
- Ой, какой хоро-о-ошенький!
И с той поры никто в Борисоглебском переяславль-ском монастыре не мог
нарадоваться на то, как в доб рую сторону переменился нрав инока Алексия,
досе ле - ретивый и дерзкий, отселе - хоть и немного озорной, но
добросердечный и послушный.
В тот год впервые дошли слухи о некоем новом пле мени, подобном Гогу и