"Сэйити Моримура. Плюшевый медвежонок " - читать интересную книгу автора

оканчивающиеся тройкой и восьмеркой. У троечных медведей носы белые, у
восьмерочных - черные.
А почему вы сказали, что этот мишка относится к пятидесятым годам?
У него на шее пять белых отметин. Значит, пятидесятые годы. Каждое
поколение игрушек имеет свой цвет когтей, зубов, ушей и тому подобного.
Понятно. Скажите, а вы не могли бы показать мне список принятых в сад в
пятьдесят восьмом году?
Видите ли... Если семья пострадавшего подала просьбу о розыске, то
появление медвежонка, возможно, поможег делу.
Ну что же, если так, я не возражаю,- сказал заведующий. Хитроумная
легенда Ниими подействовала. Идея объявить владельца медвежонка пострадавшим
оказалась удачной. Если бы Ниими сказал, что игрушка принадлежит
преступнику, ему не только отказали бы в праве взглянуть на список, но и без
промедления указали бы на дверь: Сент-Фелис с его безупречной репутацией не
мог воспитывать правонарушителей.
В 1958 году детский сад принял сорок три человека. Сейчас им было по
девятнадцать-двадцать лет. Как и следовало ожидать, в списке значились
исключительно отпрыски высокопоставленных семей. Родители их были в основном
предпринимателями, врачами, адвокатами, писателями, известными артистами,
художниками. Среди сорока трех детей двадцать шесть были девочки. В
дальнейшем учебу в Сент-Фелисе, включая и учебу в университете, продолжали
тридцать человек.
Пока что круг подозреваемых ограничивался этими сорока тремя. Правда,
кое-кто из них мог подарить мед-нежонка постороннему человеку. Но если
питомцы Сент-Фелиса всю жизнь берегут эти игрушки как талисманы, го весьма
вероятно, что преступника удастся обнаружить именно среди них.
Так или иначе, искать предстояло теперь уже не в безбрежном людском
море, а среди весьма ограниченного круга лиц, и это само по себе было
огромным успехом. Ниими все время чудилось, будто душа Фумиэ указывает ему
путь.
- Но главное еще впереди,- сказал он Оямаде при встрече.- Не будем же
мы спрашивать у каждого из сорока трех, где его медведь.
Ведь даже если они наткнутся на преступника, тот запросто отговорится,
и все на этом кончится. У них же нет права вести расследование, и никто
перед ними не обязан держать ответ,
Что же делать? - спросил Оямада, не зная, что предложить.
А не разузнать ли нам потихоньку об их машинах? Если машина сбила
человека, на ней непременно должны остаться следы.
Без помощи полиции нам не обойтись.
О поисках хозяина медвежонка мы полиции, конечно, сообщим. Но поскольку
на месте происшествия никаких следов столкновения не обнаружено, полиция,
вероятнее всего, ничего не станет делать. В конце концов, мы не имеем
доказательств, что между медвежонком и автомобилем есть связь.
А как же кровавое пятно?
Неизвестно, откуда эта кровь: может быть, от столкновения с машиной, а
может быть, и нет. Группа крови тоже, в общем-то, ни о чем не говорит -
простое совпадение, так что нельзя до конца утверждать, что это кровь вашей
жены.
Значит, нам никогда не найти убийцу...
У нас есть медвежонок - талисман преступника, который теперь стал вашим