"Иннокентий Сергеев. Продано" - читать интересную книгу автора

. . .

Подхваченные ночным дождём толпы золотоискателей стекаются к красно-серым
отвалам древней породы.
Лезвия их лопат отливают лихорадочным светом. Ноги вязнут в коврах, но
желание вновь оказывается сильнее бессилия. Их взгляды, полные
нерастраченной страсти, пронзают ночной мрак, и неровное дыхание будит
зверей в норах.
По настилу рекламного сияния, по неону и болотной траве катятся волны
болезненного мужества и отчаянного страха. Вперёд, вперёд, нам надо
успеть! Завтра мы будем уже далеко отсюда.
На бензозаправках шипят и исходят бензином гибкие змеи шлангов. Рабочие
пожимают плечами и подмигивают красивым женщинам. Консервные ножи взрезают
жесть, и на сплетённые пальцы падает пепел взорвавшихся как мины
замедленного действия вулканов.
В их руках лозунги, и они не хотят знать о том, что даже самые глубокие
мысли плакаты делают плоскими как фанера, на которой они написаны.
В их руках газовые зажигалки и букеты цветов, завёрнутые в целлофан.
Им вдогонку летят тысячи газетных строк, но они не оглядываются назад.
Песчаные берега покрываются могилами и кемпингами; шум озверелых моторов
не смолкает ни на секунду. Запах дымных костров мешается с бензиновой
гарью.
Тело плачет от пронзительной боли, гудящие ноги уже автоматически давят
на газ подошвами ботинок и замшевых туфель.
Они засыпают, не раздеваясь, и просыпаются уже на ходу, женщины в спешке
накладывают косметику, глядя в дрожащее от нетерпения зеркальце, и колёса
снова и снова вгрызаются в землю. В пятистах двадцати тысячах квартир
вспыхивает дежурный свет,- губы, не успев остыть от жаркого сна, привычно
повторяют: "Вперёд, вперёд, нам надо успеть! Завтра мы будем уже далеко
отсюда".
Я люблю эти квартиры, губы и дежурный свет.
Я люблю мой Город.
Мой огромный, живой, летящий навстречу накатывающему завтрашнему дню
Город.
Город скользящих огней.
Город надежд, расстояний, желаний и усталости. В его глазах горит всё тот
же знакомый болезненный свет.

. . .

По вечнозелёной реке плывут фиолетовые от дыхания вечера острова.
Усыпанные огнями острова.

Шёпот. Твоё Имя.

Лиловая белизна Твоих Пальцев сливается с лиловостью ночи, жаждущей
объятий. Восторженные глаза взмывают ввысь как праздничные монгольфьеры.
Внизу, где-то совсем далеко, рассыпался фейерверк, и огненные дуги рвутся
искрами, пытаясь начертать Твоё Имя. Но им это снова не удалось, и ночь
спадает как ненужная более королевская мантия после спектакля.