"Сергей Николаевич Сергеев-Ценский. Старый полоз" - читать интересную книгу автора

- Чего же ты теперь бояться мог?.. Дикий ты человек, поэтому боялся!
- Па-ни-маешь, - с готовностью объяснил чабан, - как раньше, тогда...
Зиленый, крас-ный, белый - разный цвет... он-о-о... барашкам не так
прахладно глядел... он-о-о... так глядел!
Тут чабан - уже с седыми висками под шапкой - поднял к носу верхнюю
губу с подстриженными черными усами, раздвинул и зажег глаза, скрючил перед
собою пальцы и начал клацать остатками прокуренных щербатых зубов.
- Прямо, как волк лесовой! - понял его Петр; а Семен пропустил сквозь
затяжку:
- Не нравилось тебе это?.. Ты чтобы барашку жевал, а мы чтобы с голоду
дохли?.. У-умен!
- Возьми адин!.. Возьми дыва!.. Возьми тыри!.. Он-о-о... все чист
стрелял, гонял... Зачем так делал?..
- Это, должно, белые, - сказал Семен и выпустил из узкого носа
длиннейшую ленту дыма.
Татарин посмотрел на него, на Петра, на ложе двустволки, очень высоко
поднял плечи, отвернулся и пробормотал:
- Все шинель носил, защитцвет имел, винтовкам таскал, - не знаем...
- Жалеет об чем, - о барашках!.. - закивал головою Семен. - А у самого,
небось, и теперь тыща.
- Тыщи нет... И семисот нет... - неожиданно чисто по-русски вставил
подпасок, красивый подросток, тоже в шапке. - Пятьсот есть.
- Хотя бы пятьсот!.. Мало вам, чертям?..
- Тыриста уштук на чужая рука!.. Там хозяин! - быстро качнул старик
головой в сторону города и тут же, дотронувшись до сумки Семена, до половины
набитой настрелянными скворцами, добавил отвлекающе: - Шпа-ки? Ку-шать
будешь?
- Нет... Для мебели... Шпаки теперь, если ты хочешь знать, первая
дичь... Все одно, как осенью перепелки.
- Смотри, Семен, глянь!.. Вон их тута сколько!.. Гибель! - внезапно
оживился Петр, сам припадая к земле и только высовывая вперед руку.
Действительно, стая скворцов, невидная раньше, выдвинулась теперь из-за
отары. Бойкие птицы, глянцевитые, очень ловкие на вид, подлетывали, шныряли
в полузатоптанной рыжей траве, копались в кучах овечьего помета, вели себя,
как будто сами были частью отары.
Семен осторожно снял двустволку.
- Стрелять хочишь?.. За-чем, друг?.. Барашкам убьешь! - испугался
чабан.
Но Семен только повел в его сторону носом, выставил левое колено,
прицелился, и один за другим хлопнули два выстрела.
Шарахнулись овцы все сразу, как одна, даже не успев проблеять;
задребезжали козы, бойко вскочив и все сразу оглянувшись на Семена; залаяли
собаки.
Семен собрал подстреленных скворцов. Недобитых он, подходя к чабанам,
добивал о ложе ружья.
- Сто-ой!.. Эй!.. Нема один живой?.. - крикнул молодой чабан.
- Есть один живой... Сейчас окачурю! - отозвался Семен и в сторону
Петра добавил: - Шесть штук!
А скворца этого, живого, он уже держал за ножки, чтобы ударить.
- Дай! - протянул к нему руку старый чабан.