"Александр Иванович Шалимов. Эстафета поколений" - читать интересную книгу автора

нуется? Слишком блестят глаза... Она чуть покусывает яркие
губы.
"Первое интервью! - мелькает в голове Вила. - Для такого
случая могли бы прислать кого-нибудь поопытнее. Беседа с
профессором Норбертом, конечно, пойдет первой программой на
всю планету".
- Здравствуйте, профессор, - звучит с экрана. - Меня зо-
вут Элина... От имени сотен миллионов ваших друзей во всем
мире позвольте задать вам несколько вопросов.
"Голос приятный, - констатирует Вил, - да и глаза... Нет,
она в общем ничего, эта блондиночка, несмотря на ее рост,
гриву и дурацкий комбинезон. Жаль, что профессор согласился
только на четыре минуты".
Вил старается как можно лучше сфокусировать Элину на эк-
ране. Вот так... Теперь это не кажется изображением. Это она
сама по ту сторону стола в раме экрана.
- Итак, слушаю вас, Элина, - говорит профессор.
- Вы надеетесь на успех сегодняшней операции?
- Конечно, иначе я не взялся бы за нее.
- Кто он?
- Его звали Джим Бокстер. Умер в конце семидесятых годов
прошлого столетия.
- Отчего он умер?
- Диагноз уточним позднее. По сопроводительным документам
- рак печени. Но опыт показывает, что их заключениям не
всегда можно верить. Врачи в ту эпоху довольно часто ошиба-
лись.
- Поэтому и сплавляли своих покойников нам?
- Я позволю себе воспользоваться вашим термином, Элина.
"Сплавляли", если у их пациентов, перед тем как они станови-
лись покойниками, было много денег. Путешествие в будущее
всегда стоило дорого.
- Так это не был научный эксперимент наших предков?
- В какой-то мере его можно рассматривать таким образом.
Поэтому мы и продолжаем его. К сожалению, все, кого до сих
пор удалось оживить, оказались интеллектуально... неполно-
ценными...
- А это не может быть следствием длительного криоконсер-
вирования, профессор?
- Не думаю. Скорее - следствие того, что все они - выход-
цы из чуждой нам среды, давно отошедшей в историю... Это так
называемые дельцы, промышленные и финансовые деятели, ком-
мерсанты - люди обычно недалекие, очень ограниченные, круг
интересов которых нам сейчас зачастую непонятен, как и их
язык, в ряде случаев упрощенный до профессионального жарго-
на. А кроме того, многие подверглись консервированию в таком
возрасте, когда у них уже начались необратимые мозговые из-
менения.
- Неужели среди них нет ни ученых, ни писателей, ни фило-
софов?