"Александр Шаров. Маленькие становятся большими (Друзья мои коммунары)" - читать интересную книгу автора

Александр ШАРОВ

Маленькие становятся большими

(Друзья мои коммунары)

Через разные разности,
Через горе и радости...
Из стихов Коли Трубицына, товарища школьных лет.

В здании нашей школы-коммуны с 1941 года был госпиталь, потом, после
войны, его захватило какое-то учреждение; только в прошлом году дом вернули
ребятам, и из уст в уста, от товарища к товарищу разнеслась весть, что
двадцатого августа школа вновь будет праздновать день своего основания.
Тот, кто был школьником, понимает, какой это большой, совсем особенный
праздник.
Даже после коротких летних каникул в школу идешь с волнением; что же
должен почувствовать человек, когда после двадцатилетнего, иной раз
тридцатилетнего перерыва, после войны, взрослым, может быть, даже стареющим,
он приближается к дому, откуда когда-то вышел с широко раскрытыми глазами и
дерзкими мечтами!
Впрочем, пожалуй, мечтаний этих не стало меньше за прожитые годы.
Мы поднимаемся по крутому, темному в этот вечерний час переулку,
догоняя старых товарищей и не сразу узнавая их. Да и трудно узнать Мотьку
Политногу в одетом по всей форме каперанге[1] с седеющими усами или Лиду
Быковскую в статной, красивой женщине с длинной косой, короной уложенной на
голове. Но это кажется трудным только первую минуту. Даже грозные Мотькины
усы, чуть побелевшие от морских штормов, стушевываются в вечернем свете, и
прежний Политнога, старый и верный друг, задыхаясь от волнения, стоит рядом
со мной перед школьными дверями.
Дорогая наша школа-коммуна! Мы не успеваем опомниться, собраться с
мыслями, как двери раскрываются и нас окружают сотни ребят - нынешние
хозяева школы. Они ведут нас с этажа на этаж, из класса в класс, и в этом
путешествии прошлое точно выступает из стен и окружает нас. Вот тут была
спальня, где со шведских стенок свешивались длинные ледяные сосульки. Вот
тут жил Федор Пастоленко - славный факир-красноармеец, вот тут кабинет
Тимофея Васильевича... Мне и сейчас кажется, что кто-то ходит и ходит за
дверями, наклонив седую голову, обдумывая в темноте осеннего вечера нелегкие
ребячьи судьбы.
Мы усаживаемся в зале бывшей спальни, без президиума, вперемешку; тут
все поколения - те, которые прошли через школу, и те, которые еще на
середине своего школьного пути. Мы рассказываем младшим о пережитом, и
сперва нам кажется, что многое им непонятно; ведь такое далекое время, когда
все строилось заново, - когда Институт благородных девиц превращался в
детдом, когда тысячи ребят, потерявших родных в тифозных бараках, на войне,
блуждали по улицам замерзших городов; когда нам казалось, что человек вообще
не бывает сытым; когда партия, побеждая разруху, вводила нэп - новую
экономическую политику, и за Россией нэповской только возникали первые
контуры согретой ленинским сердцем России социалистической.
Далекое время. Но такое ли уж далекое?.. "Десять лет разницы - это