"Лао Шэ. У храма Великой скорби" - читать интересную книгу автора

Лао Шэ

У храма Великой скорби


OCR Busya http://www.lib.aldebaran.ru
"Лао Шэ "Избранные призведения", серия "Библиотека китайской литературы"":
Художественная литература; Москва; 1991


Прошло более двадцати лет с тех пор, как не стало наставника Хуана. Все
эти годы я неизменно совершал жертвоприношения на его могиле всякий раз, как
мне доводилось бывать в Пекине. Только бывал я там не часто и очень грустил,
когда осенние ветры заставали меня в иных местах: приносить жертвы на могиле
наставника полагалось в девятый день девятой луны. Именно в эту пору он
погиб. Я добровольно взял на себя труд совершать жертвоприношения: Хуан был
самым уважаемым и самым любимым моим учителем, хотя он никогда не выделял
меня среди других учеников - он равно любил всех нас. И все же из года в год
осенью меня тянуло на его низенькую могилу под красными кленами, неподалеку
от Дабэйсы - храма Великой Скорби.
Случилось так, что целых три года я не был на его могиле - жизнь
бросала меня с места на место, и единственное, что мне оставалось, - это
мечтать о Пекине. И вот в прошлом году, не помню уж по какому поводу, я
приехал в Пекин, всего на три дня. Был праздник-середины осени *, но я все
же отправился в Сишань - кто знает, когда еще доведется попасть сюда вновь.
В Сишань я поехал, разумеется, для того, чтобы побывать на могиле учителя.
Ради этого стоило отложить дела, хотя, говоря откровенно, кто не надеется за
три дня в Пекине переделать уйму дел? На этот раз я не совершал обряда -
просто пошел на могилу, и все. У меня не было ни бумажных денег, ни
благовоний, ни вина. Наставник не отличался суеверием, и я никогда не видел,
чтобы он пил вино.
______________
* [1] Середина осени - пятнадцатый день восьмого месяца по лунному
календарю.

По дороге в Сишань я все время вспоминал своего учителя, каждую его
черточку. Пока я дышу, живет и он, потому что навсегда остался в моем
сердце. Всякий раз, когда я встречаю полного человека в сером халате, я
пристально вглядываюсь в его лицо: именно таким сохранился в моей памяти
учитель - полный, в сером халате. И стоит теперь нам, его бывшим ученикам,
собраться за столом, как слова "А что наставник Хуан?" готовы сорваться у
меня с языка. Но ведь я точно знаю, что его уже нет.
И зачем только он стал инспектором? Полный, в своем неизменном сером
халате! Кем угодно мог он быть, только не инспектором. Но, видно, была на то
воля Неба. Ведь, не займи он эту должность, не погиб бы в сорок с лишним
лет.
Полный, с тремя складками на шее. Я часто думал, как трудно парикмахеру
добираться до коротких волосков между этими складками. При всей моей любви к
наставнику Хуану я не мог не признать, что его лицо, похожее на мясистую
тыкву, должно было казаться смешным. Но глаза! Хотя верхние веки набрякли и