"Клод Шейнисе. Конфликт между законами " - читать интересную книгу автора

действию фто-ра, с инертным газом посредине, между рамами, обитатели
Проциона порой с доброжелательным любопытством со-зерцали чудищ, вдыхающих
кислород и пьющих закись водорода. Подумать только, что эти чудища называют
за-кись водорода водой! Но это опять-таки совсем другая ис-тория.
В тот день на базе, содрогавшейся, несмотря на все крепления, под
бешеными порывами фтористого урагана, томились от скуки трое землян. Двое из
этих чудищ при-надлежали к числу пьющих закись водорода (частенько с
добавлением некоего этилового соединения в виде вод-ки - это относилось к
экспедиционному биологу и пси-хологу, русскому полковнику медицинской службы
Борису Мужинскому - либо рома, когда дело касалось американца Питера
Говарда, геолога, минералога и химика). Третье-го - тоже землянина - звали
Карел-178, и томился он больше всех. Ибо из-за обостренного, как и у других
Ка-релов, чувства ответственности он считал, что все непри-ятности
происходят из-за него. Пожалуй, здесь была доля правды, хотя сам Карел,
конечно, был совершенно не ви-новат.
Накануне Питер пожаловался:
- Я плохо себя чувствую. Болит живот.
Борис жестом обвинителя ткнул в Карела пальцем и, раскатисто произнося
"р", приказал по-французски - а он говорил с Питером именно на этом языке:
- Повтори-ка Первый закон роботов!
Отдаленно напоминавший человека футляр, которого называли Карелом, не
мог менять выражение лица, зато голосовой регистр робота был очень богат.
Удивленно, до-садливо-жалостливым тоном, каким обращаются к надоед-ливому
ребенку, отнюдь не изменившись в "лице", Карел ответил:
- Первый закон. Робот не может причинить вред че ловеку или своим
бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.
Карел был славным малым, но чувство юмора в отличие от сегодняшних
роботов у него было развито слабо.
- Вот видишь, ты нарушил Первый закон, - продол-жал врач.
Прежде чем брякнуть "Как так?", Карел издал дико-винное гудение.
Борис расхохотался:
- Очень просто! Ты в полдень накормил нас неудобо-варимым американским
кушаньем - сосисками с кетчу-пом. И вот пожалуйста - у Питера болит живот.
Питер улыбнулся, несмотря на недомогание (пока это было лишь легкое
недомогание!). Ни тот, ни другой че-ловек не был специалистом по роботам и
не отдавал себе отчета в том, какой грозный смысл имеет сказанное. Ибо для
робота нет ничего более важного, чем Первый закон. Не худо бы это знать
любителям шуточек.
Человеку шутка может спасти жизнь. Но у Карела она может вывести из
строя дорогостоящий мозг. Вот мы и подошли к нашей истории.
Побледнеть Карел не мог, он не был на это способен.
Он ответил бесцветным голосом:
- Вы полагаете, доктор, что Питеру повредил приго-товленный мною обед?
Однако Борис был поглощен своим делом и не ответил. Уложив американца
на кушетку, он пощупал его живот и, хмурясь, произнес:
- Как же так - не вырезать-аппендикса перед поле-том в космос! Весьма
непредусмотрительно!
Двенадцать часов спустя стало совершенно ясно, что диагноз правилен и
требуется операция, к тому же без-отлагательная. И вот начинает
разыгрываться драма. За-вязка: Карелу одно за другим отдаются распоряжения.