"Уильям Ширер. Взлет и падение третьего рейха (Том 2)" - читать интересную книгу автора

в уничтожении древней Польши, они сразу же продемонстрировали недоверие к
своим новым друзьям. Как информировал Берлин посол Шуленбург, на встрече с
ним накануне советской агрессии Сталин выразил сомнение, будет ли немецкое
верховное командование придерживаться условий Московских соглашений,
предусматривающих отвод немецких войск на демаркационную линию. Посол
пытался успокоить Сталина, но, очевидно, без особого успеха. "Ввиду присущей
Сталину подозрительности, - телеграфировал он в Берлин, - я был бы
признателен, если бы меня уполномочили дать дальнейшие заверения подобного
характера, дабы устранить его последние сомнения". На следующий день, 19
сентября, Риббентроп телеграммой уполномочил своего посла сообщить Сталину:
"...Соглашения, которые я подписал в Москве, будут, конечно, соблюдаться...
Они рассматриваются нами как прочная основа для новых дружественных
отношений между Германией и Советским Союзом".
Тем не менее трения между участниками противоестественного партнерства
продолжались. 17 сентября возникли разногласия по поводу текста совместного
коммюнике, призванного оправдать русско-германское уничтожение Польши.
Сталин высказался против немецкого варианта, поскольку в нем факты
излагались "слишком откровенно". Затем он составил свой собственный вариант
- образец изощренности - и вынудил немцев согласиться с ним. В нем
утверждалось, что общей целью Германии и России являлось "восстановление
мира и порядка в Польше, которые были подорваны развалом польского
государства, и оказание помощи польскому народу в установлении новых условий
для его политической жизни". По цинизму Гитлер нашел в Сталине достойного
партнера.
Поначалу оба диктатора, по-видимому, были склонны создать на территории
Польши государство наподобие наполеоновского Варшавского герцогства, чтобы
успокоить мировое общественное мнение. Однако 19 сентября Молотов объявил,
что у большевиков на этот счет иные соображения. После сердитого протеста,
выраженного Шуленбургу по поводу того, что немецкие генералы игнорируют
Московские соглашения и пытаются захватить территорию, которая должна отойти
к России, он перешел к сути.
"Молотов намекнул, - телеграфировал в Берлин Шуленбург, - что
первоначальное соображение, поддержанное Советским правительством и лично
Сталиным, которое сводилось к существованию
Польши на остальной территории, привело к идее раздела Польши по линии
Писса - Нарве - Висла - Сан. Советское правительство желает немедленно
начать переговоры по данному вопросу".
23 сентября Риббентроп по телеграфу поручил Шуленбургу сообщить
Молотову, что "русская идея о пограничной линии вдоль хорошо известных
четырех рек совпадает с точкой зрения правительства рейха". Он выразил
пожелание вновь прилететь в Москву для отработки деталей этого вопроса, а
также "окончательной структуры польского района".
Теперь переговоры взял в свои руки Сталин, и его немецкие союзники
убедились - а английские и американские союзники убедятся в этом несколько
позднее, - насколько упорным, циничным, склонным к соглашательству партнером
он был. 25 сентября, в 8 часов вечера, советский диктатор вызвал в Кремль
Шуленбурга, а несколько позднее, в тот же вечер, германский посол
предостерегал Берлин относительно суровой реальности и хитроумных замыслов
Сталина:
"...Он считает ошибочным сохранить независимую Польшу (на тех землях,