"Михаил Шолохов. Писатель и вождь. Переписка Шолохова с И.В.Сталиным 1931-1950 " - читать интересную книгу автора

годов, секретарь райкома.
1992-1993 годы - триумф архивиста Ю. Мурина: журналы "Родина",
"Источник" и "Вопросы истории" обнародовали один за другим по частям
переписку.
Оставалось только предполагать, по каким причинам и обстоятельствам и
Сталин и Шолохов скрывали свои зафиксированные архивами общения; версий
может быть много.
Архивист выявил створы переписки: январь 1931 - январь 1950. Он же
вызволил из небытия несколько других важных документов с именами персонажей
своего поиска (казалось бы, мелочь - кто присутствовал на встречах Сталина и
Шолохова, но это позволяет опровергнуть мнение некоторых шолоховедов, что
якобы состоялись заседания Политбюро как таковые).
Замечу: есть возможность дополнить информацию о том, что читал Сталин
из-под эпистолярного пера Шолохова, Самое первое письмо о бедах на Дону
Сталин прочитал еще в 1929 году. Не ему оно адресовалось. То заслуга доброй
знакомой Шолохова Е. Г. Левицкой - ей писал, и она, познав страшные
откровения, посчитала своим долгом познакомить с ним Сталина. Ее имя
известно по посвящению к рассказу "Судьба человека". (Некоторые строчки из
письма появятся в главке "Высоты обобщений".)
Еще важная замета: в главке "Был ли любимцем?" дополнительное
свидетельство о том, что прочитал Шолохов о своем "Тихом Доне" из-под пера
Сталина, но в письме, которое было адресовано не писателю, а одному из
соратников вождя. Там шли приговорные строки...
И еще одно наиважное уточнение. Ю. Мурин включил в свою книгу только
письма двух (исключения для пяти документов, но и они напрямую связаны с
именем Сталина). Однако надо знать, что имя М. Шолохова в архиве ЦК
значится, пожалуй, в сотне самых разных документов. Это и доносы на писателя
(в одном из писем Сталину, как узнаем дальше, Шолохов сообщал: "В крайком, в
ЦК посыпались клеветнические заявления на Лугового, меня и других
коммунистов..."). Это и письма Шолохова Маленкову, затем Хрущеву и
Брежневу - в каждом из них душа и характер вешенца: смелость! Это не только
постановления о наградах, но и порицания-наказания за политическое,
выражаясь нынешним языком, инакомыслие и при Сталине, и при Хрущеве, и при
Брежневе. И так далее. Все это я попытался в надлежащих подробностях
изложить в своей книге 1995 года "Тайная жизнь Михаила Шолохова...
Документальная хроника без легенд".
Итак, переписка писателя и вождя-правителя. Теперь появляется
возможность документализировать их взаимоотношения и задуматься, какими они
были на самом деле - без мифов и легенд.


Продолжение мифа

Переписка, обилие почестей, сохраненное в памяти участие в работе
партсъездов, казалось бы, неопровержимо обуславливают поверить
безоговорочным утверждениям, что Шолохов был чтим Сталиным и партвластью,
ибо, в свою очередь, чтил Сталина и партвласть. Вот какова страшная цена
того, что разоблачительные послания с берегов Дона не были никому известны.
В этом контексте стушевывается любопытный факт, что агитпроп ничуть не
употреблял имя Сталина по связи с Шолоховым всуе (насколько знаю, "послужный