"Джеймс Шульц. Синопа, индейский мальчик " - читать интересную книгу автора

табунами они кочевали по равнинам, охотились и жили привольно.
Обычно рождение ребенка в большом лагере не является событием,
заслуживающим внимания. Но в это июньское утро весть о рождении мальчика в
вигваме Белого Волка (Ма-куи-йи-ксик-синума) разнеслась по всему лагерю. Об
этом говорили все, потому что Белый Волк был великим вождем, и все знали,
как хотелось ему иметь сына. К вигваму его стекались знахари и воины,
поздравляли вождя и желали счастья ему и его маленькому сыну.
Белый Волк жил в большом вигваме, сделанном из двадцати шкур бизонов.
Шкуры эти были прекрасно выдублены и сшиты нитками из сухожилий животных.
Эта кожаная покрышка натягивалась на двадцать четыре длинных и тонких шеста,
вбитые в землю; сооружение напоминало по форме конус. Нижний край покрышки
земли не касался, но внутри вигвама была вторая кожаная обшивка или
подкладка, доходившая до земли; с внутренней стороны ее придерживали груды
шкур и мешки со съестными припасами и утварью, а верхний конец был привязан
к шестам на высоте двух-трех ярдов*. Таким образом, между наружной покрышкой
и подкладкой оставалось свободное пространство для циркуляции воздуха.
Холодный воздух вместе с дымом от костра поднимался вверх, где находились
два отверстия с клапанами, через которые выходил дым. Индейцы открывали то
один, то другой клапан, в зависимости от того, с какой стороны дул ветер, и
в вигваме никогда не было дымно. Кожаная покрышка не пропускала дождя, а
подкладка защищала от ветра, и даже в холодную зиму людям было тепло у
костра, пылавшего в вигваме. Ночью, когда угасал костер, они кутались в
мягкие теплые шкуры и спали сладким сном.
______________
* Один ярд равен 91,44 см.

После полудня в вигвам Белого Волка вошел Уэсли Фокс, один из служащих
Американской меховой компании и дядя Томаса Фокса. В это время из вигвама
выходили воины, почтительно его приветствовавшие. Он подождал у входа, потом
откинул занавеску, заменявшую дверь, и вошел в вигвам.
- Ой-йи! Добро пожаловать! - воскликнул Белый Волк, усаживая гостя на
почетное место справа от себя.
Лицо вождя расплылось в улыбке. Он потер руки и стал рассказывать,
говорил он на своем наречии:
- Белый брат мой, сегодня счастливый день. На восходе солнца родился у
меня сын. Посмотри, какой чудесный мальчик. И какой он крупный для
новорожденного! Сейчас мы дадим ему имя, и я прошу тебя остаться и принять
участие в этой церемонии.
Уэсли Фокс посмотрел на ребенка, но увидел одну только головку, потому
что мальчик был завернут с руками и ногами в длинный свивальник из мягкой
материи и привязан к доске, служившей колыбелькой. Привязан он был так
крепко, что не мог пошевельнуть ни ручкой, ни ножкой. В своем свивальнике и
пеленках он очень походил на маленькую египетскую мумию из пирамиды фараона.
Колыбелька была поставлена почти вертикально в ногах постели из
звериных шкур, на которых полулежала мать новорожденного. Большие темные
глаза матери смотрели с любовью на маленькое личико цвета красноватой
бронзы. У малютки волосы были тоже бронзового цвета, ротик смешной,
маленький, а глазки блестящие. Вдруг личико сморщилось, ребенок запищал.
- Что с ним, жена? - испугался вождь. - Слышишь, он плачет! Быть может,
он болен. Что, если он заболеет и умрет? Постарайся его успокоить. А если ты