"Дэниел Сильва. Убийца по прозвищу Англичанин" - читать интересную книгу автора

сможет им пользоваться. Это было ей приятно. Она подумала об Анне. "Только
не просыпайся, Анна, пожалуйста. Спи, любовь моя".
Затем она спустилась в яму, легла на спину, взяла конец ствола в рот,
нажала на спусковой крючок.


* * *

Девочку разбудила музыка. Она не узнавала мелодии и удивилась, как эта
мелодия проникла в ее голову. Какое-то время мелодия звучала, постепенно
замирая. Не открывая глаз, девочка протянула руки и обследовала складки
простынь, пока ее ладонь не наткнулась на лежащее рядом тело. Пальцы девочки
скользнули по тонкой талии, вверх - по стройной изящной шее и далее - по
красивым изгибам лица, как на древнем свитке. Прошлым вечером они
поссорились. Сейчас настало время забыть о разногласиях и заключить мир.
Она выскользнула из постели, натянула халат. Впереди было пять часов
практики. Ей тринадцать лет, сейчас залитое солнцем июньское утро, и так она
проведет весь день - и все другие дни этого лета.
Вытянув шею, она заглянула из окна в цветущий сад. Все краски весны
были тут. За садом вздымался крутой склон ограждавшего долину холма. А
высоко над всем этим маячили покрытые снегом горные пики, блестя на ярком
летнем солнце. Девочка прижала скрипку к шее и приготовилась играть первый
этюд.
Тут она заметила нечто необычное в саду: груду земли, продолговатую
неглубокую яму. Со своего места у окна, дающего хороший обзор, ей видна была
белая материя на дне и бледные руки, державшие дуло ружья.
- Мама! - закричала она, и скрипка полетела на пол.


* * *

Она без стука распахнула дверь в кабинет отца. Она ожидала увидеть его
за письменным столом, согбенного над своими гроссбухами, а он сидел у камина
на краешке кресла с высокой спинкой. Маленькая, похожая на гнома фигурка в
обычном синем блейзере и полосатом галстуке. Он был не один. Второй мужчина
был в солнечных очках, невзирая на царивший в кабинете мрак.
- Как, черт побери, ты себя ведешь? - гаркнул ее отец. - Сколько раз я
просил тебя не открывать дверь, если я ее закрыл? Ты что, не видишь, что
прерываешь важный разговор?
- Но, папа...
- И оденься как следует! Десять часов утра, а ты по-прежнему в халате.
- Папа, я должна...
- Это может подождать, пока я освобожусь.
- Нет, не может, папа!
Она так громко это выкрикнула, что мужчина в солнечных очках вздрогнул.
- Извини, Отто, но боюсь, манеры моей дочери пострадали от того, что
она слишком много часов проводит наедине с инструментом. Извини! Я исчезну
на минуту.