"Жорж Сименон. Мегрэ в суде присяжных (Мегрэ) " - читать интересную книгу автора

- Успокойтесь, коллега, - сказал ему председатель, - сейчас вы
убедитесь, что если я и собираюсь воспользоваться своими неограниченными
правами, чтобы показать, какой неожиданный поворот приняло дело, то совсем
не во вред обвиняемому.
Прокурор посмотрел на молодого адвоката слегка покровительственным
взглядом, в котором сквозила ирония.
- Итак, я повторяю свой вопрос. Комиссар Мегрэ, вы продолжали вести
следствие? Скажите же нам, пожалуйста, делали ли вы это официально?
- Да, господин председатель.
- По собственной инициативе?
- С согласия начальника уголовной полиции, - Прокуратура была в курсе
дела?
- Прокуратуре мы сообщили об этом только вчера.
- Знал об этом судебный следователь?
- Я ему вскользь упомянул.
- Однако вы действовали без его инструкции, равно как и без инструкции
генерального прокурора?
- Да, господин председатель.
- Вот почему я не расценивал как официальное это, так сказать,
дополнительное расследование. Что побудило вас, господин комиссар, поручать
вашим инспекторам расследование, когда дело, переданное обвинительной
камерой суду присяжных, этого уже не требовало?
Теперь в зале воцарилась мертвая тишина. Не слышно было ни
покашливания, ни скрипа половиц под ногами.
- Меня не удовлетворили результаты следствия, - пробормотал Мегрэ
ворчливым тоном.
Он не мог высказать всего, что было у него на сердце. Слово
"удовлетворить" полностью не выражало его мысли. Факты, по его мнению, не
вязались с замешанными в деле лицами. Но как объяснить это в торжественной
обстановке суда присяжных, где требуются только точные определения?
У председателя Бернери было не меньше опыта в уголовных делах, чем у
Мегрэ, а может быть, и больше. Каждый день, уходя из суда, он уносил с
собой кипы лел, которые продолжал изучать дома, на бульваре Сен-Жермен, в
своем кабинете, где свет нередко горел до двух часов ночи.
Перед его глазами прошли в качестве подсудимых и свидетелей десятки,
сотни людей, мужчин и женщин, самого разного типа.
И все же он соприкасался с жизнью только чисто теоретически. Ведь он
не побывал ни в мастерской на улице Рокет, ни в странной квартире на
бульваре Шаронн. Он не знал ни этих кишащих жильцами доходных домов, ни
этих многолюдных улиц с их бистро и танцульками.
К нему доставляли обвиняемого в сопровождении двух жандармов, и он
знал о нем не больше того, что мог прочесть на страницах дела.
Факты. Фразы. Слова. А кроме этого?
Не больше знали и его помощники, да и сам прокурор. Высокое положение
отделяло этих чиновников от остального мира, в котором они составляли
обособленный островок.
Конечно, среди присяжных, среди публики были и такие, которые лучше
могли понять человека вроде Мерана, но либо их мнение не играло никакой
роли, либо они ничего не понимали в сложном механизме правосудия.
А сам Мегрэ, разве он одновременно не принадлежал к этим двум