"Жорж Сименон. Новые парижские тайны (Художественная публицистика) " - читать интересную книгу автора

Кто сопротивляется, тот обрящет.
Вам, вероятно, известна эта эльзасская история, которую лучше бы
рассказывать с тамошним акцентом. Однажды Иисус решил обойти всю землю и на
перекрестке увидел плачущего человека.
- О чем ты плачешь? - спросил он.
- Мой дом сгорел, и родители погибли.
- Ступай, дитя мое, осуши свои слезы. Родители были уже стары. А дом ты
построишь новый.
Затем Иисус повстречал другого плачущего человека и тоже спросил, о чем
тот плачет.
- Я потерял свою жену, Господи.
- Разве мало вокруг других женщин? Третий плачущий ответил на вопрос
Иисуса:
- У меня умер ребенок.
- Но ты еще так молод, у тебя будут другие дети. Пройдя немного дальше,
Иисус увидел, как у межевого
столба плачет седобородый старик.
- О чем ты плачешь? - спросил Иисус, начиная терять терпение.
- Я промышленник из Мюлуза.


39

Тогда Иисус, говорят, сел рядом, опустив голову, и не нашел слов
утешения.
Я не Иисус Христос и не могу спокойно слышать, когда в самом пустынном
из городов мне говорят:
- Вы знаете нашу промышленность: холсты, набивной и ненабивной хлопок,
эльзасские перкали...
- Да, знаю...
- Минуточку. А еще мы делаем ткацкие станки, машины для обработки и
набивки хлопка. В течение многих лет мы экспортировали ткани и хлопок во все
страны мира. А теперь мы экспортируем машины для обработки тканей.
Понимаете? Сейчас, когда наши машины есть повсюду, их используют, чтобы
нам же составить конкуренцию. Более того! За границу переманили иных наших
инженеров, которые построили там заводы, производящие подобные машины. А
выпуская эти машины...
Я вынужден просить пощады. Какое кошмарное видение все эти машины, их
все больше и больше, они безостановочно производят все быстрее и быстрее!
Не пришла ли пора заговорить о стерилизации, евгенике, мальтузианстве
на уровне государства?
Не пришла ли пора евгеники для всех этих машин, стерилизации чудовищ,
которыми мы так гордились?
Не знаю. Это слишком трудная для меня задача. Поговорим лучше о другом.
- Нас убивает другое. Нашей гордостью были ткани и набивной хлопок. У
нас имелись уникальные в своем жанре художники...
Впрочем, где-то я уже это слышал. Может быть, так говорили о фарфоре?
Или о лионских шелках?
- Сейчас в моде гладкие ткани с линейным орнаментом, которые не требуют
никаких изысков. Наши художники умирают с голоду.