"Станислав Синицын. Жажда всевластия " - читать интересную книгу автора

от камер, - восемь арестов по обвинению в коррупции, пятнадцать отставок,
шестерых не могут найти, три самоубийства.
Неслабо. Черт! В чьих группах состояли?
Гуанчжоуская группировка и Нанкинский клан. Говорят о размене фигур,
начале конфронтации.
Стоп, остальное вечером. Дальше.
Две авиакатастрофы, Австрия и Индия, - горящие обломки на полутемных
полях, вокруг них суетятся люди, льется пена, вспыхивают прожектора.
Дальше.
Продолжается блокада дорог в Италии. Сегодня будут разгонять персонал
придорожных кафе - картинка баррикад и пустых дорог. Баррикады сложены из
пластиковых столиков и стульев, обвязаны какими-то веревками и почти
безлюдны. Персонал явно пользовался подручным материалом и спокойно
отправился спать, выставив часовых. Взять бы их сейчас, но сверхурочные
карабинерам встанут дороже.
Вечером и посмотрим.
Успешное начало разведения шерстистого носорога.
Ладно, рядом нет ничего чрезвычайного?
Нет.
Отбой. Карету к подъезду.
Одежда, лестница, гараж. Это все настолько обыденно, настолько
привычно, что потом с трудом вспоминаешь цвет стенок гаража. По-настоящему
просыпаешься только в машине. На выезде из поселка тебя проверяют камеры
охраны, их безразличные объективы на гибких стеблях манипуляторов
заглядывают в салон, даря тебе отражения собственных глаз. На улицах, в
потоках таких же, как твой, полуразумных автомобилей, видны медленно
просыпающиеся лица. А вокруг - прозрачное, свежее майское утро, радостное и
счастливое. Свет становится все ярче, насыщаются краски. Заторможенность
уходит окончательно, мелькающий пейзаж вымывает ее из головы, мозг
превращается в челюсти, готовые разжевать любую задачу. Мышление поднимается
до рабочего уровня: окружающие предметы превращаются в пучки идей и
причинно-следственных связей, лишь слегка прикрытых материей.
Место работы - мечта многих, предмет зависти и громадных неудобств.
Географически все прекрасно: Зеленоград, как был, так и остается немножко
силиконовой долиной. Москва под боком, фактически мы в городской черте.
Здесь, в бесконечном круговороте жизни, можно купить любой нужный товар и
отыскать любые развлечения. Вот только работа не дает развлекаться. С такой
работой лучше жить в герметично закупоренном городке где-нибудь на Урале.
Чтоб три ряда колючей проволоки вокруг и свобода маневра внутри. Поближе к
очагам цивилизации нас держит прогресс. С ним надо идти вровень, в крайнем
случае отставая на полголовы. Для этого самые неожиданные товары за
несколько часов должны быть выдернуты, добыты, доставлены - как из цилиндра
фокусника, будто по мановению волшебной палочки. Готовый продукт надо тоже
отдавать быстро, к нему слетаются десятки заказчиков, которым недосуг
путешествовать. Иногда надо лицом к лицу переговорить с самыми неожиданными
людьми, и не все они согласятся ехать куда-нибудь в тайгу.
С другой стороны, подспудно меня давит секретность - понемногу
привыкаешь проходить через ежедневные обыски, просвечивания и простукивания,
как работник монетного двора или государственного казначейства. Косвенные
проверки всех твоих знакомых, невозможность записывать хоть что-то на