"Александр Сивинских. У всякой зверушки" - читать интересную книгу автора

АЛЕКСАНДР СИВИНСКИХ

У ВСЯКОЙ ЗВЕРУШКИ


Стороны сделали свои ходы: легкая струйка дыма поднялась от маленького
мотор-редуктора с рулоном пленки на выходном валу; ветер сменил направление
на противоположное. Наблюдатели замерли в ожидании результатов...

- О-хо-хо, грехи наши тяжкие... - простонала герань и придавила гибким
ловчим усиком жирную муху к раме. Муха дернулась, пытаясь вернуть потерянную
свободу, но было поздно. Мазнув шевелящимися еще лапками по стеклу, герань
сунула муху в пазуху листа и, печально вздыхая, принялась переваривать.
Фикус громко зааплодировал глянцевыми зелеными ладошками: он всегда радуется
чужому счастью. Впрочем, так же, как и чужому горю.
"Эмпат однобокий! Растение! А, да что с него возьмешь, кроме
кислорода?" Машка с завистью стрельнула глазами в сторону удачливой охотницы
и снова сосредоточилась на шевелящихся антеннах Таракана. Уж сегодня-то он
обязательно покинет свою щель, и вот тогда... Тогда никто больше не упрекнет
Машку в напрасной трате времени. Она разорвет жирное тело пополам, сладкий
сок брызнет на стены, нагло торчащие усы обвиснут. Блестящие глазки
помутнеют, и терпкий аппетитный запах разольется по всему дому... Но есть
Таракана Машка не станет. Пока не станет. Она дождется возвращения Петрухи,
чтоб в полной мере насладиться своим триумфом. Заслуженным триумфом.
Таракан - это, конечно, не крыса... но ведь и не муха! Взять таракана еще не
удавалось никому. И если удастся ей... "Кто кого?" - надеется, именно таков
основной вопрос эволюции. Решение его в Машкину пользу - отличный аргумент
для давнего спора с Петрухой. Придется, ой придется Петрухе в следующий раз
идти в город вместе с ней. Не отвертится Петруха!
"Город... Я готова к нашей скорой встрече! А ты?" - подумала Машка и
гипнотически вперилась в сумрак тараканьего убежища.
Крылатая тень скользнула по полу, затмив на мгновение смягченный
фильтрами солнечный свет. Анфиса прилетела. И, конечно же, с добычей.
Похоже, сегодня все сговорились дразнить Машку своими успехами. Ну, так и
есть, в когтистых лапках стрекозы извивалась некрупная лягушка.
Анфиса зависла над самой головой Машки и принялась обедать. На кошку и
рядом упало несколько объедков. Крылатая тварь никогда не отличалась
чистоплотностью.
Машка раздраженно махнула лапой, и Анфиса на всякий случай отлетела в
сторону. Дружба дружбой, но дразнить двухпудовую хищницу с молниеносной
реакцией - опасное занятие. Особенно когда у той не клеится с охотой.
"Далась Махе эта букашка, - думала Анфиса, посасывая тягучее молочко из
своего блюдца (она уже доела лягушку и отдыхала на травяной подстилке). -
Кругом дичи - тигра прокормить хватит, не то что кошку-двухлетку, а она..."
Живого тигра Анфиса не видела ни разу, однако, судя по Петрухиным рассказам,
это было нечто чудовищное, пожирающее по целому кабану за раз. И если кабаны
были размером хотя бы в половину нижней Хавроньи...
Самим Хавроньям тигры тоже не давали покоя. С тех пор как Петруха
пересказал домашним раскопанный в архивах Умницы текстовик, у них пропал
сон. И даже отчасти аппетит! Напрасно Петруха потом пытался убедить сиамских