"Мартин Круз Смит. Роза" - читать интересную книгу автора

потребовала накануне принять хинин с джином - точнее, потребовал их он сам.
Занимавшийся день опять обещал мерзкую погоду, а доносившийся с улицы
утренний звон церковных колоколов отдавался у Блэара в голове, в каждом
кровеносном сосуде подобно мучительному взрыву. Блэар замерзал, а на
колосниках миниатюрного комнатного камина слабо дотлевали под горкой пепла
лишь считанные жалкие угольки. Джонатан опустил ноги на пол, поднялся,
сделал шаг и рухнул без сознания.
Очнулся он через час. Что прошел именно час, Блэар определил по новому
перезвону колокола за окном. Все-таки в существовании Бога есть некоторый
смысл: хоть кто-то там, на небе, следит за временем и отбивает часы.
С пола, на котором он лежал, Блэару открывался не очень привычный по
ракурсу, но все же отличный обзор всей гостиной: вытертый ковер, испещренный
пятнами от чая; постель со смятыми, скомканными простынями;
один-единственный стул возле стола, на котором стояла масляная лампа; обои,
местами залатанные газетой; мокрое окно с проникавшим через него серым,
плачущим светом дождливого утра, в котором угли на колосниках камина
казались давно дотлевшими. Блэар испытывал сильнейшее искушение попытаться
доползти до стула и умереть в сидячем положении; однако он помнил, что на
сегодня у него назначена встреча, на которой ему непременно надо быть. Дрожа
всем телом, словно престарелый пес, он на четвереньках устремился к камину.
Дрожь и холод пробирали его до костей, каждую частичку тела сводило в
судорогах от ноющей боли. Пол под ним заходил ходуном, будто палуба корабля,
и Блэар снова потерял сознание.
Когда он пришел в себя, в одной руке у него была спичка, в другой
газета и несколько щепок для растопки. Похоже, он обладал способностью
действовать одинаково разумно что в сознании, что в бессознательном
состоянии; Блэара это порадовало. Газета оказалась сложена так, что прямо на
него смотрело официальное сообщение двора Ее Величества, помеченное 23 марта
1872 года: "Ее Королевское Высочество принцесса будет присутствовать сегодня
на заседании Попечительского совета Королевского географического общества, в
котором примут участие сэр Родни Мерчисон, президент КГО, и Его
Преосвященство епископ Хэнни. Ожидается также присутствие..." Дата была
вчерашняя, значит, это событие он пропустил; впрочем, его туда и не
приглашали, да и денег на это у него все равно бы не нашлось. Блэар чиркнул
спичкой; ему пришлось приложить все силы для того, чтобы суметь подставить
окрашенное серой пламя под газету и щепки, а потом, когда они занялись,
протолкнуть их через решетку в камин. Перекатываясь по полу с бока на бок,
он добрался до ящика для дров. "Господи", - молился он по пути, - только б
там был уголь, ну, пожалуйста! Уголь в ящике был. Блэар бросил несколько
кусочков в огонь. Над решеткой висел чайник. - "Господи", - снова взмолился
Блэар, - только бы в нем оказалась вода! - Он постучал по чайнику и услышал,
как внутри заплескалось. Блэар добавил в камин еще бумаги и немного угля и,
когда уголь разгорелся, улегся на полу как можно ближе к камину, чтобы
полнее ощутить теплое дыхание пламени.
Английский чай Блэар не любил. Он бы с гораздо большей охотой выпил
сейчас сладкого марокканского чая с мятой, который там подают в бокалах. Или
крепкого кофе по-турецки. Или большую оловянную кружку кофе, вскипяченного в
кофейнике, - так, как его принято варить в Америке. "Но в Лондоне все равно
ничего лучшего, чем здешний чай, не получишь, нечего и пытаться", - подумал
он.