"Владимир Алексеевич Солоухин. Белая трава (Рассказ) " - читать интересную книгу автора

Владимир Алексеевич СОЛОУХИН

БЕЛАЯ ТРАВА

Рассказ

Художник С. Соколов


Есть на нашей реке такие глухие и укромные места, что, когда
продерешься через спутанные лесные заросли, заполненные к тому же
крапивой, и присядешь около самой воды, почувствуешь себя как бы в
обособленном, отгороженном от остального земного пространства мире. На
самый грубый, поверхностный взгляд, мир этот состоит только из двух
частей: из зелени и воды. Но и в воде отражается все та же сплошная
зелень.
Будем теперь по капелькам увеличивать наше внимание. При этом почти
одновременно с водой и зеленью увидим, что, как ни узка речка, как ни
густо сплелись над ее руслом ветки, все же и небо принимает не последнее
участие в сотворении нашего маленького мира. Оно то серое, когда еще самый
ранний рассвет, то серо-розовое, то ярко-красное - перед торжественным
выходом солнца, то золотое, то золотисто-синее и, наконец, голубое, как и
полагается ему быть в разгаре ясного летнего дня.
В следующую долю внимания мы уже различим, что то, что казалось нам
просто зеленью, вовсе не просто зелень, а нечто подробное и сложное. И в
самом деле, натянуть бы около воды ровную зеленую парусину, то-то была
дивная красота, то-то восклицали бы мы: "Земная благодать!" - глядя на
ровную зеленую парусину.
Висит над водой старая, черная, как уголь, коряга. Отзвенела,
отшумела свое. Отдрожала дождевыми каплями на весенних листьях, отсорила в
воду ярко-желтыми глянцевыми листочками. Угольное отражение ее четко лежит
на воде, перерываясь лишь в тех местах, где попадает на округлые листья
кувшинок. Зелень этих листьев не может не совпадать, не сливаться с
отраженной вокруг лесной зеленью. У черемух выросли до своей величины
будущие ягоды. Теперь они гладкие, жесткие, как все равно вырезаны из
зеленой кости и отполированы. Листья ракиты повернуты то своей
ярко-зеленой, то обратной, матовой, серебряной стороной, отчего все
дерево, вся его крона, все, так сказать, пятно в общей картине кажется
светлым. У кромки воды растут, наклонясь в сторону, травы. Кажется даже,
что дальше травы привстают на цыпочки, тянутся изо всех сил, чтобы
обязательно, хотя бы из-за плеч, поглядеть в воду. Тут и крапива, тут и
высоченные зонтичные, названия которым здесь у нас никто не знает.
Но всех больше украшает наш замкнутый земной мирок некое высокое
растение с пышными белыми цветами. То есть каждый цветок в отдельности
очень мал и был бы вовсе незаметен, но собрались цветы на стебле в
бесчисленном множестве и образуют пышную, белую, слегка желтоватую шапку.
А так как стебли этого растения никогда не растут поодиночке, то пышные
шапки сливаются, и вот уже как бы белое облако дремлет среди неподвижной
лесной травы. Еще и потому невозможно не залюбоваться этим растением, что
едва лишь пригреет солнце, как от белого цветочного облака поплывут во все