"Константин Михайлович Станюкович. Господин с "настроением"" - читать интересную книгу автора

- Приехал бить челом, глубокочтимый... С большою просьбой.
Признаюсь, я недоумевал. С какою просьбой мог обратиться к старому
писателю загадочный господин?
А он после паузы, во время которой бросил мечтательный взгляд на
скромную обстановку кабинета, не без убедительности в тоне прибавил:
- Ведь вы, господа писатели, сила и большая сила. Вы только не
понимаете своей силы...
Я пристально взглянул в глаза гостя, и в голове моей мелькнула мысль:
"Не сбежал ли он из больницы для сумасшедших?"
Но, казалось, он был в здравом уме и в твердой памяти.
В его глазах стояла снисходительно-любезная улыбка умного человека,
встретившего не совсем понятливого слушателя.
И Шилохвостов сказал:
- Во всяком случае, и у нас пресса может быть значительным
коэффициентом благожелательного влияния... Несомненно... Разумеется, если
уметь пользоваться им умно, в известных пределах и... Позволите курить?
- Пожалуйста!
Шилохвостов пыхнул дымком и продолжал:
- И, конечно, имея в виду le gros public*, а не ограниченный круг
читателей, которые по старой привычке еще слушают тихие вздохи о
шестидесятых годах и робкие надежды на жареных рябчиков, которые вдруг
упадут в каком-то неизвестном государстве. Эти немногие либеральные старые
дятлы выдохлись... Их "тук-тук" стары, бесцельны и глупы... Не те времена,
чтобы большая публика слушала монотонную сказку о белом бычке. Старые песни
и старые боги основательно забыты. Теперь новые настроения... Надо
воспользоваться ими, и тогда, поверьте, господам литераторам будет и почетно
и спокойно. Они станут получать такие гонорары, о коих и не снилось.
______________
* Широкую публику (франц.).

Я, разумеется, не прерывал господина, обещающего литераторам и почет и
Голконду, и не без любопытства ждал, что будет дальше.
- И теперь есть газеты с настроением. Есть! И какие доходы! - восклицал
Шилохвостов, и в его голосе звучала нотка завистливого восторга. - Но можно
создать газету вчетверо доходнее... Подписчиков будет сто тысяч... Не угодно
ли помножить на семь рублей?.. За пересылку я исключаю... Прибавьте доход с
объявлений... скажем - двести тысяч... И мы получим девятьсот тысяч. Какова
цифра! Цифра-то какова!?? - захлебываясь от восторга, спрашивал Шилохвостов.
И, не дожидаясь ответа, возбужденно говорил:
- Есть и теперь умные журналисты, получающие министерские оклады... Но
могут загребать деньжищи... Настроят виллы... Будут ездить на своих
рысаках... Авансы a discretion*... Пожалуйста... Могут надеяться при
честолюбии, как в Англии и во Франции, попасть в государственные люди... И
можно интервьюировать кого угодно. Двери для журналистов будут открыты.
Сделайте одолжение... "Пожалуйста, господин писатель. Садитесь...
Спрашивайте, о чем хотите... Не угодно ли сигару, господин представитель
печати?.." Вы понимаете, как будет хорошо?
______________
* Сколько угодно (франц.).