"Ф.Д.Свердлов. Ошибки Г.К.Жукова (год 1942) " - читать интересную книгу автора

как указывал фронт, под Вязьму. Но, к нему прибыл зам. командующего фронтом
генерал Захаров (все тот же) и приказал немедленно прекратить всякие
действия. Корпусную и дивизионную артиллерию и прочие части перебросить в
район Мосальска, а 325-ю, 336-ю стр. дивизии и 2-ю гв. танковую бригаду
переподчинить Болдину.
В 00.15 9.02.42 г. Сакунов сообщал Белову:
"Ваш боевой приказ № 13 получил 23.40 8.02. Как быть с 325-й и 336-й
стр. дивизиями и 2-й гв. тбр? Приказом зам. командующего фронтом они
переподчинены Болдину. Сакунов".
На этом и закончилась сказка командующего Западным фронтом о 325-й сд и
прочих чудесах на Варшавском шоссе.
Генерал Ефремов докладывал во фронт:
". 1) По донесению командира 329-й сд, дивизия понесла значительные
потери, в полках осталось по 100 штыков. Артиллерия дивизии отрезана
противником".
Получив такое сообщение, командующий фронтом тут же подчинил 329-ю стр.
дивизию Белову. 10 февраля он получил от 33-й армии "богатое" наследство,
которое впоследствии стоило ему не мало переживаний и волнений. В тот же
день Белов решил дать передышку войскам и закрепиться на достигнутых
рубежах. И солдаты, и командиры совсем вымотались и выбились из сил. Они
засыпали прямо в снегу и многие от такого сна уже не просыпались. Мороз стал
неплохим помощником противника. Наконец, Белову было разрешено начать
наступление на соединение с Соколовым из района западнее Семлево.
Командующий фронтом внял просьбам Белова. Но сколько жертв напрасно понесли
кавалеристы из-за упрямого, необоснованного желания взять Вязьму?!
О том, что Жуков понял свою ошибку и потому дал разрешение, Кононенко
не берет на себя смелость утверждать.
Продолжим о 33-й армии.
Наступательные возможности ее иссякли. Логически, ей оставалось одно:
прорываться к Белову и действовать объединенными усилиями, но Командующий
фронтом, из каких-то лишь ему известных причин, категорически запретил, даже
говорить на подобную тему. Таким запретом фактически, он подписал смертный
приговор всей группировке Ефремова и ему самому. 33-я армия, вела, так же,
как и группа войск Белова, бои с врагом изолировано, но ее положение было
несколько иным. Здесь противник держал в своих руках инициативу и проявлял
активность, где хотел и когда хотел. Измотанные в непрерывных боях части
армии еле успевали отбивать непрерывные атаки врага. Перед фронтом же группы
Белова противник ни одного дня не знал покоя. Группа вела непрерывное
наступление то на одном, то на другом участке фронта. Значительно
увеличилась активность партизан, а многочисленные
разведывательно-диверсионные группы минировали дороги, взрывали мосты,
склады, производили крушения на железной дороге, нападали на штабы,
производили налеты на небольшие гарнизоны противника, портили связь. В конце
марта, даже Командующий фронтом понял, что существованию 33-й армии наступил
конец. Понял, но поздно. Белову было им отдано распоряжение выделить один
полк, которому немедленно, совместно с частью сил партизанского полка Жабо,
принять все меры для вывода из окружения жалких остатков 33-й армии. К 24
марта, такой отряд - полк, был создан. Он состоял из частей 2-й гв.
кавдивизии, в нем числилось 340 человек, 2 орудия полковой артиллерии, 2
противотанковых орудия, 3 миномета, 4 станковых пулемета, 8 ручных пулеметов