"Алексей Свиридов. Русский вираж (Истребители-2)." - читать интересную книгу автора

- Я глубоко обрадован наконец-то достигнутым взаимопониманием. Итак, в
свете последних событий мне будет нужна и лично ваша помощь. Начнем с
технических деталей...


КАЗАК И КОРСАК. "ЗА НАС С ТОБОЮ И ЗА ХРЕН С НИМ!"

Вечером первого дня работы выставки Корсар с Наташей и Казак решили
поужинать в ресторане, не там, где для российской делегации были оплачены
столики с набором дежурных блюд, а в более дорогом зале. Корсар заявил,
что может себе позволить угостить свою девушку и своего старого друга
чем-нибудь более пристойным, и они с радостью согласились.
Весело разговаривая, они двинулись через внутренний дворик гостиницы,
оформленный как кусочек "висячих садов", с пальмами, виноградом и
фонтанами, и вдруг Казак остановился как вкопанный. Корсар, увлеченный
разговором с Наташей, с размаху влетел в его спину.
- Ты чего? Бензин кончился? - удивленно начал он, но Казак, не отвечая на
вопрос, схватил Корсара за плечо:
- Гляди... Вон идет пузатый мужик в синей форме...
- Ну? Погоди, погоди... Точно! Наташка, постой тут минутку, а? - И с этими
словами оба летчика сорвались с места, направляясь наперерез увиденному
Казаком "пузатому мужику".
Тот шел, углубленный в свои мысли, и лишь когда Корсар догнал его и
похлопал по плечу, поднял глаза. Поднял и оторопел.
- Здравствуйте, месье Хомяк! - радостно поздоровался Казак. - Какими
судьбами?!
- Здравствуйте... - ошарашенно проговорил тот. Что-что, а эти лица он
здесь увидеть не ожидал. Не ожидал, да и не хотел...
Андрей Петрович Маланец не всегда был владельцем маленькой авиакомпании.
Еще совсем недавно он имел солидное военное звание и, несмотря на возраст,
считался одним из самых лучших воздушных бойцов дивизии, да и округа тоже.
Но чем дальше он служил, тем сильнее его тянуло к другой жизни, к жизни, в
которой он сам будет себе хозяин, где ничей приказ не заставит его
безоговорочно подчиняться...
Деньги не были для него целью, они были средством достичь этой
независимости. Еще в давние, теперь уже почти забытые времена
существования СССР он сумел совершенно легально стать вполне обеспеченным
человеком, а когда материальная состоятельность перестала быть поводом для
бесконечных проверок со стороны ОБХСС, КГБ, милиции и парткома,
развернулся вовсю. За участие в войне на Балканах он получил один из своих
последних крупных заработков.
В отличие от Дедушки, Казака или Корсара "пилот Хомяк" так и не принял
близко к сердцу трагедию народов Сербии и Македонии, Хорватии и Боснии,
вовлеченных в братоубийственную войну. Он выполнял определенную работу за
определенное вознаграждение. Размеры оплаты Хомяк считал вполне достойными
и соответственно с этим и воевал в полную силу своего умения. Когда же в
длинной цепочке, по которой трансбалканские деньги приходили к летчикам,
начались сбои, Хомяк посчитал свою работу слишком ценной, чтобы выполнять
ее на общественных началах.
Из четверых летчиков эскадрильи он оказался единственным, кто уехал тогда