"Алексей Свиридов. Крутой герой" - читать интересную книгу автора

- Ну наглецы, вконец обурели... - Набрав воздуху, сержант вновь
принялся за крик:
- Вы должны запомнить, что я - самая поганая скотина, которая до сих
пор вам встречалась...
Андреа подался назад. Ветки с легким шорохом задвинулись, и
обернувшись он увидел, как Голди и Ану-инэн шепотом о чем-то спорят.
- А я тебе говорю, - зло глядя на командира, доказывала Голди. - Я
говорю, что надо переходить к этим, из социалистической пентархии. Нас ведь
и вправду эсбешники пасли, ты ж сама видела, здесь жизни уже не будет. А
Пентархия - группа стабильная, существует давно, техника у них хорошая...
- Нет, я тебе сказала! Ты что, на Линию опять хочешь? Они же все там
жестко закрепленные, тебя в момент подцепит!
- А тебя не подцепит?
- А вот нет!
- А почему?
- А по кочану! Не твое в общем дело. Я тебе часто в душу лезу?
- Ха, к тебе и лезть-то некуда.
Ану-инэн коротко размахнулась, и не сильная на первый взгляд оплеуха
опрокинула Голди в грязь на дне канавы. Впрочем она, по-кошачьи
извернувшись, тут же вскочила на ноги, и кинулась вперед, но в этот момент
Андреа решил вмешаться. За те короткие мгновенья, пока девушка поднималась,
он сделал небольшой шаг, оказавшись посередине, и начал:
- Девочки, дайте-ка мне... - что конкретно должны были дать ему
девочки, осталось неизвестным. Голдина нога по инерции попала ему по
хребту, а Ану-инэн, тоже метясь в соперницу, заехала ему ребром ладони по
уху. Взвывший от боли Андреа забыл, что он крутой бывший, и поступил с
обоими девушками, как сделал бы это в раньшие времена, а когда осознал, что
надо быть сдержаннее, дело было уже сделано, и оставалось лишь любоваться
на результаты.
Голди вновь лежала в грязи, но встать уже не пыталась, а лишь мелко и
часто дышала, сожмурив глаза от боли. Положение Ану-инэн было, если можно
так выразиться, более вертикальным: она оказалась прислоненной к пологой
стенке канавы, правда вверх ногами, а головой соответственно вниз. Оба
вещмешка оказались отброшенными далеко в стороны, а у самого Андреа из двух
шлепанцев остался только один, второй же исчез безвозвратно.
Первой в себя пришла Ану-инэн. Она прошипела ругательство, - в нем
было много незнакомых слов, но чтоб понять смысл, хватило и знакомых - и
приняла нормальное положение. Андреа, ощущая себя виноватым, обернулся к
Голди, нагнулся, и помог ей подняться тоже. Она открыла глаза, но тут же
вновь прищурилась, и по пятну черной грязи на щеке протянулась вниз
тоненькая светлая дорожка.
Андреа окончательно смешался. Вместо того, чтобы назидательно
произнести что-нибудь вроде: "Такая участь ждет каждого, кто рискнет
поднять руку на Андреа Сакрольд Вридуса...", он сначала обнял Голди за
плечи, а потом начал неуклюже гладить по спине, бормоча: "Больно,
маленькая, ну извини пожалуйста, ну сейчас все пройдет, все хорошо будет, у
кошки боли, у собачки боли..." Пациентка сначала молчала, потом начала
всхлипывать, и наконец разрыдалась в голос, уткнувшись Андреа куда-то в
область между шеей, грудью, и плечом.
- Я думала, хоть один нормальный парень встретился... Чтоб не козел