"Олег Тарутин. Вот хоть убей - не знаю (Фантастический рассказ)" - читать интересную книгу автора

еще, мимоходом, правда, но с видимым удовольствием о совершенно
невероятных уже совпадениях, об удивительных, не объясненных пока что
наукой случаях, происходивших с людьми.
"Однако должен заметить, - оговорился лобастый, - что большая часть
этих случаев может быть отнесена к разряду легенд, ибо проверке они не
подлежат, или по давности событий, или в силу иных причин..."
Но другая-то часть случаев, но меньшая-то часть, та, которая
подлежит?..
Ну вот хоть случай с вывалившимся за борт моряком. Тот еще и
отфыркаться не успел, не успел еще в ужас впасть в океанской пустыне, как
тут же подставила ему спину невесть откуда взявшаяся морская черепаха. А
случай с французом, учителем Морисом Бимоном? А с португальцем, с этим,
как его - который ошарашил курортных толстосумов в Монте-Карло,
шестнадцать раз подряд поставив на рулетке на двойной ноль и выиграв? А
тот шотландец, выпавший из самолета и угодивший в только что наваленную
груду пакли? Да-а...
- Ну-ка, ну-ка поглядим! - проговорил, как пропел, вскочивши со стула
и роясь в карманах, Коля Шустов, самый деятельный в компании человек, еще
в школе получивший прозвище Шустрый. И уже коротко звякнул об пол пятак,
подброшенный Колей.
- Так, решка... - сообщил Николай.
И снова звякнула монета.
- Решка! Ей-богу, решка! - победно вознес над собой пятак Шустрый,
словно вот уже и началось твориться то самое, невероятное.
- А ну еще раз, Коленька, - заинтересованно поощрила его худенькая
Сашуля, мечтательное существо лет двадцати семи, в очках, браслетах и
короткой стрижке. Вот уж кто жил во всегдашнем ожидании невероятного:
невероятной любви, невероятного поворота судьбы...
Звяк! - подпрыгнув, пятак встал на ребро и с наклоном, по дуге въехал
под сервант, самую малость опередив Колю, который прыгал за монетой,
пытаясь подошвой припечатать ее к полу и промахиваясь.
- Тьфу! - огорчился Коля. - А ведь наверняка опять решка!
- Да ты мечи двугривенные! - посоветовал Шустову хозяин квартиры
Виталий Синицын. - Или полтинники мечи. А мы уж завтра со старухой
посмотрим под сервантом: орлы там или решки. А, старуха?
И глянула на Виталика со всегдашним обожанием жена его Нина, красивая
уравновешенная женщина. Коля же, чуть помедлив, поразмыслив, стоит ли
трудов опыт, встал все же на четвереньки, пошарил ладонью под мебелью и
вытолкнул монету на простор. Сдул паутину с кисти, глянул.
- Ну? - спросили все.
- Орел! - с отвращением сообщил честный Коля. - Пыль надо вытирать,
хозяева! - В сердцах, он щелчком загнал монету обратно. - Тьфу!
- Не расстраивайся, Коленька. Все правильно, все - по науке, -
утешила его Нина. - Случайные ж величины! Эти, как их... - И кистью
красивой, полной руки она сделала округлый жест, как бы ссылаясь на
незыблемые научные законы, против которых разве же попрешь? - Да ну вас,
ребята, в самом-то деле! - обиженно обратилась она ко всей компании. - Что
это за безобразие? На телевизор мы собрались или все же на Вовкин день
рождения? У-у-у-ти, мое сокровище, Синичка ты моя! - смешно и нежно
вытянула она губы в сторону соседней комнаты, где упакованный в одеяла,