"Владимир Тендряков. Суд" - читать интересную книгу автора

Суд ждал, без конца молчать было нельзя, и Семен, набрав в грудь
воздуху, с усилием выдавил лишь одно слово: "Да",- лживое слово,
прозвучавшее придушенно.
- Не из медведя? - уточнила Теплякова.
- Да...
- Вы ее принесли для того, чтобы спасти от наказания Митягина?
Надо было лгать и дальше, Семен снова с усилием выдавил:
- Да...
На минуту наступило тяжкое молчание. Семен стоял, опустив голову.
- Со стороны обвинения будут вопросы?.. Со стороны защиты?.. Нет.
Свидетель Тетерин, имеете ли вы что-нибудь добавить к своим показаниям?
Семен Тетерин ничего не имел, он еле держался на ногах.
- Свидетель Тетерин, вы свободны. Можно пройти в зал и присутствовать
на заседании.
Спотыкаясь, никого не видя, Семен направился на народ. Кто-то - он не
видел кто - пожалел его, уступил место на скамье. Семен грузно опустился.
Сидел, уставившись в пол, до тех пор, пока не услышал голос Дудырева.
В мягкой кожаной куртке, чисто выбритый, прочно стоящий на
расставленных ногах перед судебным столом, по всей вероятности, не
испытывавший ни смущения, ни волнения, коротко, точно и спокойно Дудырев
отвечал на вопросы. Слышал ли он предупреждение Семена Тетерина? Да, слышал,
но не мог уже остановиться, выстрелил почти одновременно с выкриком. Слышал
ли он звук гармошки? Нет, не слышал...
После обычного завершающего вопроса: "Имеете ли вы что-нибудь добавить
к своим показаниям?" - Дудырев чуть вскинул тяжелую голову и твердо сказал:
- Да, имею.
Зал, и до этого внимательно-настороженный, притаился за спиной Семена
Тетерина так, что Семен услышал свое напряженное дыхание.
- Мне известно,- размеренно и по-прежнему спокойно начал Дудырев,- что
ряд косвенных улик, принятых во внимание следствием, отягощает вину Митягина
и облегчает мое положение. Поэтому сейчас, перед лицом суда, хочу заявить:
не считаю себя менее виновным. Мы одновременно выстрелили. Я стреляю лучше
Митягина, но это не может гарантировать полностью того, что я не мог
промахнуться. Указывают на местоположение сухостойного дерева, которое
прикрывало от меня середину лавы. Но достаточно было потерпевшему
выдвинуться вперед на полшага, а пуле пролететь в каком-нибудь сантиметре от
ствола дерева, как обвинение против Митягина рушится. Свидетель Тетерин
отрицает теперь наличие пули. Я не собираюсь ни уличать его, ни попрекать в
непостоянстве. Пули нет, кто из нас убил - для меня до сих пор тайна, как и
для всех. Мы оба повинны, оба в одинаковой степени!..
Зал одобрительно загудел.
- Но это не значит, что я покорно признаю себя виновным. Думаю, никто
не решится упрекнуть ни меня, ни Митягина в преднамеренном убийстве. Нас
могут судить лишь за неосмотрительность. Но является ли эта
неосмотрительность преступной? Мы стреляли в лесу, где никакими законами,
никакими частными предупреждениями стрельба как таковая не возбраняется и не
ограничивается. Мы не могли предположить, что за кустами может оказаться
живой человек. Место, где мы стреляли, чрезвычайно безлюдно, прохожие
встречаются на дню один, от силы два раза. Как я, так и Митягин не слышали
гармошки. Ее услышал Тетерин, не в пример нам обоим более опытный охотник.