"Александр Титов. Никиша (Повесть) " - читать интересную книгу автора

- Кто это? - Митя не скрывает испуга.
- Брат Мартемьян из Вешаловки. Шел навстречу призывняцкой колонии, нес
хлеб за пазухой, шмат сала. Был крепко выпивши, утоп в овраге.
Лисички, а мож, собаки лицо обгрызли...
Теребит опустевшую сумку, мелькают синие закорюченные ногти.
В мутных глазах искры - то злые, то веселые.
"Чем угостить его, чтоб скорее ушел?" Митя открывает холодильник,
достает банку консервов, вручает дезертиру. Тот бормочет, прячет банку в
авоську. Митя морщит нос: и шинель у старика пахнет плесенью, дыхание
затхлое.
Часто, поругавшись со старухой, по привычке спускается в погреб, лежит
на топчане при свете коптилки, ворочается. Грепа приносит еду, чай: "Не то
живой, паразит, не то окочурилси?"
Из подземелья хриплый самолюбивый кашель, будто земля содрогается.
"Ловко схоронился Никихвор! - до сих пор удивляются деревенские. -
Такой уж стал незаметный!" Целый год тишина была, прежде чем немец
подступил. Все думали, что Никиша на кладбище, в почетной могиле под
железной звездочкой, а он знай себе в погребе протухает. И при наших сидел,
и при немцах, когда они в Тужиловку зачем-то пришли, и после войны хоронился
в течение пятилеток. И еще одна семилетка была.
"Усю свою жизню заточил, - с торжественной расстановкой, как про
покойника, судачат о Никише старушки. - Из рта яво и пононя крысиными
ссаками пахня".
Митя перебирает не глядя желтые, норовящие свернуться в трубку листки.
Вот нарисованный человечек сидит в яме, вокруг свет ясный, глиняными
красками намалеванный.
- Это я!.. Я!.. - хрипит Никиша, в глазах его ненависть. Дрожащими
руками он швыряет рисунки на пол. - Возьми себе эти картинки...
- Зачем они мне?
- Пусть все видят.
- Кто - все?
- Все... - хрипит, не понимая, о чем его спрашивает этот добрый,
терпеливый мальчик.

ПОЧЕТНЫЙ УТОПЛЕННИК

Сбежал из колонны весной, в половодье, когда призывников из окрестных
деревень вели на сборный пункт. Сказал офицеру, что надо перевязать ногу -
мозоль, дескать, лопнул. Перевязал, огляделся - сосны золотыми стволами
играют, иголки зеленые распушили, дышат теплом... Разве можно отсюда уходить
на какую-то войну?
Шмыгнул в кусты, только его и видели. Лейтенант, не ожидавший такого от
советского парня, довел колонну до райцентра, заявил в милицию.
В тот же день организовали поиск.
Никиша хитрый: пересидел два дня в стогу соломы, питался сухарями из
вещмешка, взятыми в дальнюю дорогу, за водой ходил к роднику. А на второй
день в деревне раздался залп. "Небось Грепу вместо меня расстреляли!" -
подумалось нечаянно. Полежал на вершине омета, погрелся на солнце и малость
успокоился: солдаты палят для острастки, чтобы другим призывникам неповадно
было бегать. Ночью решил пробираться в погреб, потому что в омете сидеть