"Карен Тревис. Город Жемчуга " - читать интересную книгу автора

на сигнальном мостике над судном иподавал знаки жестами, другой примостился
на стреле, орудуя лебедкой.
Шан даже представить себе не могла, что кто-то станет вот так
причаливать, ориентируясь на жестикуляцию. Однако ведь икод Морзе
использовался до сих пор. "В старой технике есть определенная прелесть", -
подумала Шан, поиграв свернутой шебой в кармане.
А пока она внимательно смотрела за происходящим. Корма судна двигалась
медленно-медленно. Потом фигура на мостике подняла руки, скрестив запястья
высоко над головой. Этот сигнал, насколько Шан было известно, означал:
поспешите. Амортизаторы захвата вытянулись, исудно задрожало,
останавливаясь. Неожиданно Шан поймала себя на том, что разглядывает руки
управляющего - точнее, кожистые руки гориллы.
Примат пристально посмотрел в ее сторону, повторяя один и тот же жест,
тот же сигнал. Снова и снова. Руки скользят вдоль ствола пальмы, а потом
обхватывают его где-то выше. Взгляд обезьяны замер на ее иллюминаторе.
Пожалуйста, помогите мне. Пожалуйста, помогите мне. Пожалуйста...
Раньше Шан не знала, что означает этот жест. Техник-животновод когда-то
рассказал ей, что этот жест используется для того, чтобы попросить пищу в
вежливой форме. "Разве не здорово, что мы могли научить обезьян подавать
определенные сигналы?" И она верила ему, до тех пор пока глухой переводчик
не рассказал ей, что на самом деле означает этот жест.
"Откуда мне было знать?" Шан ведь не общалась при помощи жестов. Но
теперь она точно знала ипомнила об этом всегда, так же как о позоре и
сожалении, которые не исчезли... точно так же как о своем ошеломляющем
открытии: оказывается, обезьяны тоже были личностями.
Образ гориллы растаял, управляющие в известково-зеленых светящихся
скафандрах продолжали работать, действуя согласованно, передвигая кран к
следующему швартующемуся суденышку...
Марс казался красным, как Австралия с низкой орбиты. Шан уже изабыла,
какими сочными бывают цвета в космосе.
Я еду домой.
На мгновение она задумалась о том, кто станет заботиться о личностях
обезьян, когда она уйдет в отставку. Она очень надеялась, что этим человеком
станет Макеевой.
Чисто автоматически Шан распаковала свой саквояж. Вот вся ее жизнь за
последние десять лет. И эта "жизнь" состояла из формы, личной библиотечки и
ее собственного стального тигелечка с карабином для ручки. Только пробежав
пальцами по туго натянутой синей ткани военно-морской формы, она могла
сказать, забыла она что-то или нет. Обычно Шан ничего не забывала. В
саквояже против обыкновения имелась одна вещица, втиснутая в противоударную
секцию, - двухсантиметровая квадратная коробочка. Шан использовала
специальный упаковочный материал, чтобы семена не высыпались.
Формально семена томата считались нелегальным биоматериалом, но Шан
была из силовиков, и никто не смог бы ее остановить. В любом случае ей
осталось не так долго прятать "контрабанду". Никакого риска заражения. Но
будь она проклята, если хоть одна агрокорпорация станет указывать ей, что
сажать, что выращивать и что кушать. Однако ныне все семена являлись
запатентованной собственностью какой-нибудь компании, так что ее собственные
кросбредные[4] плантации помидоров, разросшиеся на подоконнике из тщательно
подобранных семян, оставались незарегистрированными. Чисто формально это