"Ловушка для Мегги" - читать интересную книгу автора (Эванс Диана)

ГЛАВА 1

Праздничный вечер был подготовлен с широким размахом. Семья Феррингтонов устраивала его в честь возвращения Мегги из Лондона, где она училась в частном пансионе госпожи Джонет Морланд. Возвращение девушки в Америку стало событием, прежде всего для нее самой. Позади остались безмятежно прожитые годы в школе благородных девиц. Еще живы в воспоминаниях старенькое здание пансиона, затерявшееся в саду с пышной растительностью, вспаханные поля, тихая река, напоминающая небольшой ручей с поросшими берегами. Прощание с подругами Дороти и Бертой, которым придется провести в стенах школы еще целый год!

— Как все-таки прекрасно, что я теперь дома! Моя дорогая мама — как она сохранилась! — с гордостью думала Мегги. — В ее роскошных темно-каштановых волосах нет ни одной седой пряди! Отец за эти годы приобрел солидный вид, и посеребренные сединой волосы только придают ему необыкновенную привлекательность! Кажется, теперь он еще сильнее любит меня.

— Адам и Харви, похожие внешне, — продолжала размышлять она, вертясь перед зеркалом, — очень различаются своими манерами поведения и увлечениями. Адам перенял все деловые качества отца. Внешне красивый и привлекательный, он помогает отцу в решении хозяйственных и коммерческих дел и постоянно чем-то занят. Но это не мешает ему преуспевать в ухаживании за дамами. Харви тоже прекрасный молодой человек, только, кажется, мало интересуется проблемами семьи, много тратит времени на развлечения.

Повзрослевшая Мегги понимала также, что она теперь настоящая леди, хорошо воспитанная, образованная. Она — радость и надежда всех членов семьи, которые считают, что должны удачно выдать ее замуж. Не зря же Адам уже несколько раз подшучивал над ней:

— Мегги! Ты такая красивая, благоразумная, воспитанная! Не будь я твоим непутевым братом, я бы сам женился на тебе! Ты лучшее, что имеет старый город Куинси! Не стоит только торопиться с выбором… Хорошенько присмотрись, а твой брат тебе в этом поможет, если потребуется…

Эти прямые намеки ей были не по душе. Ей было трудно сразу после долгих пяти лет благопристойного поведения сломя голову бросаться в светскую жизнь, полную развлечений. Многое было непонятно и вызывало тревогу. И этот прием гостей имел для нее слишком большое значение.

— Смогу ли я выдержать экзамен на «настоящую леди»? Как встретят меня старые подруги? Каким стал Алекс? — Вспоминая молодого человека, с которым они в юности обменивались знаками внимания, Мегги воспроизводила в памяти прежде всего его каштановые кудри, голубые глаза и высокую стройную фигуру…

Синтия Феррингтон взяла на себя все заботы по подготовке комнат для отдыха гостей и украшению зала для танцев, а также руководила приготовлением угощений. Это отнимало у нее много времени. Заняться нарядами дочери она поручила модистке и слугам. А сама постоянно думала о том, справятся ли они с этим поручением.

Келвин Феррингтон понимал, что ему придется в основном организовывать отдых зрелых мужей, а также молодых джентльменов. Сам он, как мужчина, имеющий репутацию не только делового человека, но и заядлого спорщика, дал слово вести себя в этот вечер примерно, быть учтивым и предупредительным хозяином. За этим скрывался некий смысл: он хотел присмотреться к потенциальным соискателям руки и сердца дочери… Ведь кому как ни ему предстоит помочь дочери выбрать себе мужа.

Вечер приближался… Миссис Феррингтон, сгорая от любопытства, хотела поскорее увидеть дочь в новом нарядном платье, специально пошитом для этого вечера.

— Я очень волнуюсь, — прошептала она мужу. — Мне так хочется увидеть ее! С трудом удается сдерживать, себя, а ведь еще так много предстоит сделать!

— Не надо торопить события, твое вторжение сейчас может ей навредить, к приему гостей, я считаю, уже все готово, — возразил тот и легонько пожал локоть жены. — Пойдем встречать гостей. Мегги выйдет с братьями. Думаю, Адам и Харви вполне справятся с этим.

Когда Мегги наконец появилась на пороге своей комнаты, у Адама, поджидавшего сестру в холле, вырвался возглас восхищения:

— Великолепно! Мегги, ты стала настоящей красавицей! Харви, ты только посмотри! Нам есть чем гордиться! Пойдем скорее к гостям.

Мегги смутилась и покраснела, не зная, как реагировать на милые восторги братьев. На минуту в комнате воцарилось молчание, но затем Мегги все же справилась с волнением и нашлась, что ответить братьям:

— Адам, Харви, все это так трогательно, так мило с вашей стороны… Вы такие взрослые и такие красивые!

Адам стремительно подошел к сестре, обнял за талию и, посмотрев в ее зеленые глаза, промолвил:

— Мегги! Ты очаровательна, ты прекрасна! Уверен, что ты — самая красивая девушка в Куинси!

— А я думаю, что наша «благородная леди» потревожит умы не только своих подружек, но и золотой молодежи города! — с восхищением произнес Харви.

Спустя несколько минут, собрав все мужество, Мегги со слегка приподнятой головой, держа братьев под руки, двинулась к огромному залу, залитому огнем сотен свечей.

Помещение было приготовлено со вкусом.

Вдоль стен стояли великолепные стулья и небольшие диванчики, обтянутые розоватым узорчатым шелком. Многочисленные зеркала на стенах зала, оклеенных розовыми обоями с серебристыми прожилками, гармонировали с сиянием огней, создавая праздничную атмосферу и иллюзию бесконечного пространства. Все располагало к отдыху и наслаждению. Для гостей на столах были выставлены горячительные и прохладительные напитки, закуски и десерты.

Гости не теряли время зря. В зале было уже шумно от неторопливых разговоров дам, возгласов восхищения милых молодых барышень, споров мужчин. Горячительные напитки возымели свое действие — гул мужских голосов подавлял женские разговоры. Все с любопытством ожидали появления дочери благородной четы Феррингтонов.

Адаму показалось, что между его сестрой и этой «толпой», подогреваемой вином и нескрываемым любопытством, был разительный контраст. Как только братья с сестрой появились у входа в зал, гул почти прекратился и все повернулись в их сторону.

— Ну, Мегги, смелей… Видишь, все смотрят на тебя?

От нее на самом деле невозможно было оторвать глаз. Рыжеволосая, стройная девушка с зелеными глазами, проявив некоторую слабость, опустила на одно мгновение длинные пушистые ресницы.

— Адам, дай мне собраться с духом, я не рассчитывала на такое внимание к себе… Это не так просто…

Подбадривая ее, братья не дали ей возможности задержаться у входа. Навстречу поспешили мать и отец.

— Как ты мне нравишься! — только и смог вымолвить Келвин, слегка обнимая дочь.

— Великолепно! Настоящая леди! Ты такая взрослая, — глаза Синтии увлажнились.

Внимание и поддержка семьи сделали свое дело. Мегги проявила решительность. В окружении своих родных она вошла в зал быстро и решительно, как морская волна накатывается на берег перед штормом. Перед гостями предстала юная леди. Ее появление всколыхнуло гостей… На нее устремились десятки глаз. Необыкновенно привлекательная и гордая девушка с роскошным каскадом вьющихся рыжих с матовым отливом волос была одета очень изысканно. Бледно-зеленое переливающееся платье удивительно гармонировало с цветом ее локонов. Стройная фигура, грациозная осанка, красивые тонкие черты лица, нежная кожа, пухлые губки обладали какой-то притягательной силой.

Из- под пушистых ресниц Мегги в меру вежливо рассматривала собравшихся гостей. В зале было много знакомых, как девушек, так и мужчин. На таких вечерах как раз и происходят знакомства, ухаживания, которые иногда заканчиваются помолвками, браками, а иногда и разрывами…

Адам и Харви подвели сестру к группе знакомых.

— Мегги, как я рада тебя видеть! Ты выглядишь прекрасно! — обрадовалась ей школьная подруга Долли.

— Я тоже. Мне рассказывали, что ты уже помолвлена с Эдвардом. Это правда? А как же Мартин? Мне всегда казалось, что он питает к тебе особые чувства?

— Да, мы помолвлены с Эдвардом и собираемся пожениться осенью. Мне не так просто, откровенно говоря, было принять это решение. Мои родители… Они были против… Мой брак с Мартином устраивал их больше: тогда бы объединились две процветающие плантации… Однако Эдвард — моя единственная страсть, — Долли густо покраснела.

Продвигаясь среди гостей, девушки встречали все новых знакомых, отвечая на приветствия. Мегги заметила, что Долли все время поглядывает на двери, ожидая своего возлюбленного.

«Да, она действительно питает к нему особенное чувство, — подумала Мегги, испытывая безотчетную зависть к подруге. — Встречу ли я когда-нибудь своего возлюбленного? Надеюсь, я по-прежнему небезразлична Алексу. Интересно, каков он сейчас?»

Ей вдруг захотелось повстречать именно его, так как никто из старых знакомых не производил на нее впечатления, а хотелось чего-то необычного. Она ловила на себе восхищенные взгляды мужчин, замечала искусно скрываемую досаду и зависть со стороны женщин — они видели в ней соперницу их дочерям.

Высокий, прекрасно сложенный и одетый по последней моде Адам с большим удовольствием сопровождал свою сестру. На нем безупречно сидел сюртук шоколадного цвета с фалдами, как на фраке. Шерстяные брюки и жилет облегали стройную фигуру. Ансамбль дополнял кофейного цвета шейный платок, повязанный по ирландской моде. Многие девушки бросали и на него трепетные взгляды. Но Адам, мило улыбаясь всем окружающим, основное предпочтение отдавал сестре. Постепенно Мегги обрела уверенность, вступая в беседу то с одной группой, то с другой. Адам, видя, что сестра не чувствует себя стесненной, решился покинуть ее на некоторое время.

Перед началом танцев почти все девушки отправились в комнату отдыха для женщин. Миссис Синтия выделила для этого одну из лучших комнат своих апартаментов. Ее любимый голубой цвет преобладал во всем: синие с голубым рисунком ковры на полах, василькового цвета кушетки и стулья, бархатные занавесы цвета морской волны. В этой комнате леди приводили себя в порядок — меняли туфельки, с помощью горничных поправляли прически, припудривали или подрумянивали личики… Здесь делалось все, что нежелательно видеть мужчинам, все, чтобы понравиться им. Девушки обменивались своими впечатлениями, иногда откровенно сплетничая. Когда Мегги вошла в комнату, то инстинктивно почувствовала что-то неладное и остановилась на пороге, догадываясь, что разговор шел о ней.

— А вот и ты, Мегги! Ты просто очаровательна сегодня! — сказала темноволосая Гортензия, известная сплетница, таким тоном, что девушка поняла: без неприятностей сегодня не обойтись. Мегги попыталась непринужденно улыбнуться. Ей стоило большого труда сохранить ледяное спокойствие. Знания, полученные в пансионе, пригодились как нельзя кстати.

— Я так рада вашему обществу! Надеюсь, вы тоже? — сказала она доброжелательным тоном, проверяя искренность этих юных особ.

Гортензия первой оправилась от неожиданного ответа и пригласила присесть рядом. Мегги не хотелось делать этого, но она присела, так как не было другого выбора.

— Мегги, ты знаешь, кто сейчас занимает умы наших юных леди? — Она удивленно подняла красиво изогнутые брови. — Как, ты ничего не знаешь? — Гортензия спрашивала так, будто Мегги всегда жила дома. Девушка понимала, что общество ее бывших подруг предрасположено к пустым разговорам, пересудам и в этот вечер она не получит никакого удовольствия от общения с ними. Ушло в прошлое то время, когда они доверяли друг другу, рассказывали о сердечных тайнах. Теперь подобные разговоры, по всей вероятности, больше походило на сплетни. Разочарование на ее лице было столь явным, что Гортензия решила спросить напрямик:

— Так видела ли ты его? Как вы встретились? — Мегги наконец начала понимать, о ком идет речь. Отец в своих разговорах несколько раз упоминал имя Алекса…

— Честно говоря, мы не встречались еще после моего возвращения, — сдержанно ответила она. — Мне любопытно, каким он стал, не скрою. А дальнейшее предугадать трудно…

— Он необыкновенно красив… — заговорила скромная всегда и во всем Изольда. — Высокий, светловолосый, элегантный, носит очень дорогие вещи, подобранные с изумительным вкусом…

— Дорогая Мегги, все это сплошная чушь… Он грубый, необщительный, высокомерный, — перебила ее Джесси Дональд.

— Ты о нем так плохо отзываешься, потому что он никогда с тобой не танцевал, — съязвила Изольда. — А что по этому поводу скажет Лусия? Она, кажется удостаивалась его внимания? — Все вопросительно уставились на белокурую девушку.

— Слов нет, граф очень элегантен, учтив, но от него можно ожидать всяческого подвоха…

— Видите? Разве я не права? Он груб и высокомерен! — вновь горячо заговорила Джесси. — Старая леди Гонория, которая, как известно, всегда очень много знает о высшем обществе, подтверждает, что граф очень богат, но вот нрава он не простого. — Эти слова девушки вызвали нескрываемое любопытство собравшихся. Джесси испытывала от этого удивительное наслаждение. Подождав несколько минут, она, срываясь на шепот, продолжала: — У графа большие проблемы в Англии: то ли он не поладил с самим королем, то ли убил кого-то — то ли женщину, то ли мужчину…

Девушки одновременно ахнули, и тотчас установилась гробовая тишина.

— Я полагаю, что граф — примечательная личность, поэтому интерес к его персоне понятен. Наше семейство давно знакомо с графом, и ничего предосудительного о нем нам не известно. Так что оставьте вымыслы при себе, — с нескрываемым раздражением снова заговорила Мегги.

— Дорогая Мегги! Дай нам пофантазировать! Ведь без этого жизнь так скучна! — возразила Джесси. — В этом нет ничего плохого. И, между прочим, хочу тебе сказать, что твой отец, скорее всего, титулованного англичанина вновь станет привечать… Всем хорошо известно его пристрастие к особам такого рода. Да и в нем самом есть что-то загадочное…

— Ну, знаешь, это уж слишком! — парировала Мегги раздраженно, но сразу взяла себя в руки и сухо добавила: — Вы как хотите, а я возвращаюсь в зал, уже скоро начнутся танцы. А мне так хочется развлечься!

Девушка первой покинула комнату, за ней последовали остальные. Пока молодые особы приводили себя в порядок, а взрослые дамы судачили, обмениваясь мнениями, большая часть джентльменов, в основном плантаторы и землевладельцы, говорили, как всегда, о хозяйственных и коммерческих делах и о политике.

Келвин Феррингтон не мог остаться в стороне. Когда Мегги снова появилась в зале, гул мужских голосов заглушал женские разговоры. Голос отца выделялся среди других, но, увидев дочь, он понизил тон. Мегги смело подошла к отцу и, прищурив лучезарные глаза, промолвила кокетливо:

— Па… Папа, пожалуйста, не надо вступать ни в какие споры. Давай танцевать, отдыхать и просто получать удовольствие от прекрасного вечера!

— Тебе правда нравится вечер? — трогательно обнял ее отец за талию и повел в круг танцующих.

— О да! — промолвила Мегги, хотя быстрый танец, звуки музыки не столько радовали ее, сколько раздражали. Она поймала себя на том, что неискренна с отцом. Но так не хотелось ему портить настроение. Разговоры и пересуды девушек — вот что стало причиной ухудшения ее настроения… Это упоминание об Алексе… Намеки на поведение отца и на что-то загадочное в прошлом… Ее мучили какие-то предчувствия…

Сдерживая свое разочарование, Мегги пыталась мило улыбаться отцу и тем, кто одарял ее взглядами. Но разочарование читалось на ее лице. Танец закончился. Ей не очень приятно было вновь возвращаться в круг девушек, но отец, ничего не подозревая, галантно подвел ее к подругам.

И вдруг ее внимание привлек молодой джентльмен, который уверенно входил в зал вместе с ее братом…

«Боже! Это Алекс!», — промелькнуло в голове у Мегги. У нее учащенно забилось сердце. Юноши быстрыми шагами направились к сэру Феррингтону. В огромном зале вдруг возникло заметное оживление и напряжение.

— Весьма рад вашему появлению, граф, — приветствовал его отец. Он сразу изменился и засуетился. Мегги знала, что отцу всегда нравились люди, имеющие положение в обществе.

«Титул — вот что имеет значение» вспомнила она его слова. И это, похоже, знала не только она, ее подруги тоже намекали на это.

Граф приветствовал его кивком головы и сдержанной улыбкой. Было видно, что он одновременно рассматривает собравшихся гостей. А голос хозяина звучал по-прежнему радушно, несмотря на сдержанность графа и его рассеянное внимание.

— Вы прибыли так поздно, гораздо позже других гостей… Я, то есть, мы ждали вас…

— Надеюсь, никто не скучал на этом вечере? — Алекс сверкнул голубыми глазами и улыбнулся. В его реплике звучал намек на то, что ему хорошо известно, как проходят такие вечера.

Мегги, как и многие в этом зале, смотрела на знакомое и незнакомое лицо графа. Он приковал к себе внимание всех девушек. Его светло-голубые глаза сияли на красивом лице. В их глубине светилось ребячество, но он это умело скрывал. Алекс значительно выделялся среди остальных: выглядел надменным, на лице то и дело появлялась саркастическая усмешка. Его отрешенный взгляд вяло скользил по движущимся в танце парам. Рассеянно слушая сэра Келвина, он сдержанно улыбался женщинам, которые бросали в его сторону призывные взгляды. Было видно, что разговор с отцом мало его интересовал.

Беседу прервал Адам, и девушка заметила кивок графа, который предназначался ее отцу. Алекс едва заметными движениями рук одернул вышитый жилет, пригладил бельгийские кружева на груди и, развернув плечи, неторопливым шагом вместе с братом направился к ней.

Девушкой овладела паника. У нее сильно колотилось сердце.

— «Ведь я ждала этой встречи», — мысленно успокаивала она себя. — Однако как он изменился!

Прямо на нее надвигался красивый, высокий молодой джентльмен. Великолепно уложенные светло-русые волосы, изысканный темно-синий наряд, шейный голубой платок — все гармонировало с его внешностью.

«Не зря о нем рождаются всякие слухи», — подумала она…

— Мисс Феррингтон! — прозвучал его голос, и он отвесил грациозный поклон. — Приветствую юную леди!

— Я тоже рада видеть вас, сэр Алекс, — сказала Мегги, несколько растерявшись. Она сделала зачем-то шаг назад, словно собиралась спрятаться за спину брата.

— Мегги, что с тобой? Ты, кажется, смутилась? — поддержал ее за талию Адам. — Мы с графом старые знакомые, и тебя ничто не должно стеснять в нашем обществе. Вот и граф желает с тобой пообщаться, не так ли Алекс?

— Мегги, я хотел бы пригласить тебя на танец, — сказал сдержанно граф. «Пожалуй, она действительно стала красавицей», — подумал он. — «Она разительно отличается от присутствующих на вечере молодых особ. Но так ли она умна? Чемнабита ее милая головка?». — Искушенному графу слишком много было известно о помыслах женщин.

— Сочту за честь, сэр! — мило и кокетливо ответила она. Зазвучала музыка.

— Мисс Феррингтон, — граф подал девушке руку и повел ее в центр зала, чтобы встать в круг танцующих пар. Спиной Мегги чувствовала взгляды, обращенные к ним. Ей было лестно, что граф подошел к ней как к старой знакомой. Девушке так хотелось танцевать! Она любила танцы, они будоражили ее чувства. Однако Алекс изменился. Появилась какая-то самоуверенность, которую многие называют грубостью. Он так молод, но ведет себя некорректно со старшими, размышляла Мегги, увлекаясь все более танцем. Странно, но она не испытывала прежних нежных чувств к Алексу в этот момент. Потому ли, что не совсем была готова к этой встрече, или рассказы подруг, их предостережения о коварстве графа возымели действие? К тому же многое отвлекало ее от танца — чужие взгляды, собственные мысли…

Алекс же, напротив, с большим интересом приглядывался к Мегги. Все в ней нравилось ему. Танец их был удивительно слаженным. Хрупкая девушка танцевала изящно и с большим чувством. Правда, несколько сторонилась умелых прикосновений графа, словно боялась поддаться своим эмоциям. Мегги старалась не смотреть на него, словно чего-то боялась. И это ему тоже нравилось. Некоторое время они танцевали молча. Алекс загадочно улыбался. Ему было приятно видеть, что ее хорошенькое личико всякий раз заливалось краской, когда их тела на мгновение соприкасались.

«Да она так невинна! Так неумело скрывает свои чувства!» — подумал он и рассмеялся приятным приглушенным смехом.

— Позвольте узнать, сэр, что вас так рассмешило. Я неумело танцую? — спросила она, слегка отстранившись, наклонив головку набок и опустив пушистые ресницы.

— Напротив, Мегги! Ты великолепно танцуешь! — попытался он заглянуть в ее зеленые глаза. — Но ты так усердно стараешься не смотреть на меня! Что все это значит?

Граф был достаточно осведомлен о слухах, которые ходили о нем, и начинал понимать, что Мегги тоже кое-что знает. Девушка решительно подняла голову, слегка приподняв подбородок, и откровенно посмотрела ему в лицо. Их глаза встретились… И каждый в них прочитал свое.

«Как он изменился! — вновь подумала она. — Его глаза не светятся ребяческим задором, как раньше. На красивом лице читается искушенность, страсть… Именно этот взгляд отпугивает от него окружающих. Но, может, я ошибаюсь?»

Она не смогла выдержать его взгляд и вновь опустила глаза.

А Алекс в ее взгляде увидел подтверждение своим мыслям.

Да, она не была искушенной в любовных делах. И он невольно поддался соблазну и почти принял для себя решение.

— Сэр, я вовсе не избегаю общения с вами, — объяснила Мегги сдержанно. — Этот вечер оказался для меня непростым. Встреча со старыми подругами, друзьями и с вами… Многочисленные новости… Я, кажется, устала и хочу освежиться! — сказала она вдруг. Тут смолкла музыка, граф улыбнулся.

— Ты была прекрасна в танце, Мегги! — оценил ее способности Алекс и отвесил театральный поклон. Она освободила свои руки и присела в реверансе.

— Действительно, надо освежиться! — согласился Алекс, пытаясь увлечь ее к выходу.

— Нет! Я одна! Мне надо побыть одной, — решительно запротестовала Мегги. Но, увидев, что граф окидывает взглядом зал, она добавила: — Только до входа!

Вот и спасительная прохлада. Сад словно принял ее в свои объятия. Она вздохнула полной грудью и остановилась.

«Что- то меня раздражает. Почему все не так? — размышляла она, продвигаясь по саду. — Мне не нравится шум веселья, разговоры и взгляды подвыпивших джентльменов, перешептывания старых леди, возгласы юных особ. Куда отлучились отец и брат? Почему они оставили меня наедине с Алексом?»

Постепенно успокаиваясь, она решила присесть на скамейку, но едва не натолкнулась на парочку. Густо покраснев от смущения, она отвела взгляд и повернулась, чтобы уйти.

— Извините, я не видела вас…

— Мегги! — к ней обратилась каким-то до неприятности изменившимся голосом Долли.

— Это ты, Долли? — удивленно произнесла девушка. Подругу трудно было узнать: прическа ее была растрепана, губы припухли, а грудь полуобнажена. Прильнувший к ней Эдвард был явно разгорячен. Но оба смотрели на нее без тени смущения.

Мегги сделала несколько шагов назад и, пораженная увиденным, прикрыла рот рукой, боясь, что у нее вырвутся наружу неподходящие слова. Она резко повернулась и побежала назад к дому. Теперь ей повсюду встречались целующиеся парочки, слышались шепот и сдержанный смех.

«Неужели можно вести себя подобным образом? Разве отношения между джентльменами и девушками должны быть такими? Мне Долли намекала на искренние чувства к Эдварду. Как можно?» — думала она, приближаясь к дому.

Мегги не знала, что Алекс все это время наблюдал за ней. Возбужденная, она приблизилась к входу когда в дом перед нею вдруг возникла высокая фигура Алекса. Он остановил ее, взял за руку.

— Мегги! Что с тобой? Ты освежилась? — насмешливо спросил он. — Ты почти бежала.

— Да, сэр! Не беспокойтесь. Мне даже прохладно, — сказала девушка, стиснув зубы.

— Мне показалось, тебе хочется плакать? Это тоже от усталости?

«Почему он улыбается? Как он может высмеивать мое настроение?» — пронеслось в голове. Она окончательно была выбита из колеи, но сдаваться не собиралась. «Какое ему дело, что я чувствую, что думаю, что делаю.» Но, заботясь о своей репутации, Мегги сдержалась и ответила:

— Моих слез вы не увидите, сэр! Однако на улице действительно прохладно, — она слегка трясущимися руками обхватила свои обнаженные плечи. — Нам пора возвратиться в зал.

Мегги заметила его испытующий взгляд, кожей ощутила, что он изучает ее, не оставляя без внимания ни одну деталь ее фигуры. Смутные подозрения закрались к ней в душу…

К счастью, они вошли в зал, где к ним тут же подошли братья.

— Мегги, где вы запропастились? — спросил Харви — он не заметил, что она в саду была одна.

— Как вам понравился вечер? Мегги, ведь это здорово, не правда ли? — К ним обоим обращался Адам, который, как показалось девушке, был немного навеселе.

— Вечер удался на славу, — первым ответил Алекс, несколько рассеянно осматриваясь вокруг.

— Все было просто замечательно, — учтиво ответила Мегги. «Я просто устала от всех перемен», — шепотом добавила она самой себе.

Джентльмены стали делиться своими впечатлениями. Отец и мать любезно прощались с гостями. Подойдя к дочери, сэр Келвин прошептал заговорщицким тоном:

— Мегги! Ты знаешь, что Алекс Стоктон настоящий английский граф? Подумать только! — в голосе отца звучали торжественные нотки, а во взгляде читался неприкрытый интерес. — Будь с ним повежливее. Думаю, мы сможем быть учтивыми, дав ему понять, что способны оценить благородного человека!

Краска залила лицо Мегги. Она не смогла сказать и слова. Девушка бросила взгляд в сторону матери, та подбадривающе улыбалась. Стоически выдержав этот натиск, взволнованная Мегги не знала, как себя вести дальше. Ей так захотелось улизнуть из зала. Но вдруг, лицо отца преобразилось — к ним приближался граф. Келвин, предупреждая поведение Мегги, обхватил ее за талию, заставляя остаться. У девушки не было выбора. Она приняла безразличный вид, низко опустила голову и уставилась на свои перчатки.

Келвин Феррингтон, слегка поклонился, приглашая графа к разговору. Щеки Мегги пылали. Она заметила, что не ушедшие еще гости прислушиваются к разговору, слегка повернув головы в их сторону.

— Дорогой сэр Стоктон, — отец вновь склонил голову, — боюсь, что на нашем вечере мы недостаточно уделили вам внимания.

Граф молчал, переводя взгляд то на отца, то на дочь, лицо которой пылало огнем. Отец ничего не замечал и продолжал:

— Приглашаем вас отобедать с нами в следующий четверг!

Граф учтиво поклонился и ответил:

— Ну что же, я принимаю ваше приглашение и, если дела мне не помешают, буду рад встретиться с вами. — Он многозначительно посмотрел на Мегги и добавил: — Я вам дам знать.

«Ну, с меня хватит!» — подумала Мегги. Постоянно чувствуя на себе любопытные взгляды, она действительно чувствовала усталость. Прижав холодные пальчики к вискам, прошептала, не посмотрев больше ни на кого:

— Извините, кажется, после затянувшегося веселья мне и впрямь надо отдохнуть.

Девушка почти бегом бросилась в свою комнату.