"Стефан Цвейг. Воспоминания об Эмиле Верхарне" - читать интересную книгу автора

Стефан Цвейг

Воспоминания об Эмиле Верхарне

(пер. Г. Еременко)

ПРЕДИСЛОВИЕ

К изданию от 27 ноября 1926 года

Эти страницы, посвященные благодарной памяти Эмиля Верхарна, исторгло у
меня в 1916 году, в самый разгар мирового пожара, потрясение, вызванное
вестью о его смерти. Их публикации воспрепятствовало распространившееся в то
время опасное заблуждение, будто война сводит на нет и значение культурных
ценностей противника: писать в те дни с любовью о бельгийце значило идти
наперекор духу, или, вернее, бездушию, эпохи. Поэтому в 1917 году, минуя
цензуру, я частым образом отпечатал лишь несколько экземпляров этой книжки,
предназначавшихся только для избранных друзей. И все они (спасибо им за то!)
оправдали мое доверие: ни один из экземпляров не стал предметом огласки, и,
таким образом, первое издание книги явилось как бы тайным Реквиемом,
исполненным при закрытых дверях, панихидой по усопшему другу в кругу
ближайших друзей.
Пусть же сегодня, в десятую годовщину того скорбного дня, созданный
втайне образ глубоко чтимого нами и по-прежнему горячо любимого поэта
открыто предстанет точь-в-точь таким, каким он был запечатлен мною тогда.
Пусть все, кто любит Верхарна, поэта, заглянув в его жизнь, получат
новое подтверждение своей любви!

Стефан Цвейг


в

Памяти дp. Ами Кэммерера
в знак его большой доброты
и дружбы к Верхарну.

На третьем году войны тысячеликая смерть вырвала из жизни Эмиля
Верхарна; подобно растерзанному менадами Орфею, он погиб под колесами одной
из тех машин, которые он воспевал.
Судьба держала меня тогда, как и в другой скорбный час, в час
погребения поэта, вдали от него; злая, нелепая судьба нашей эпохи, по
милости которой национальные языки вдруг превратились в рубежи между
народами, родина стала тюрьмой, дружеское участие - преступлением, и люди,
связанные узами духовного родства и дружбы, были вынуждены называть друг
друга врагами.
Все чувства, кроме ненависти, были запрещены и карались законом. Но
скорбь - кто может изгнать это чувство, живущее в глубочайших, недоступных
тайниках души! А воспоминания! Кто преградит путь этому священному потоку,
теплыми волнами омывающему сердце! И если наш неразумный век может разрушить