"Юлия Туманова. Дежа вю " - читать интересную книгу автора

движение. Дорога оставалась парализованной, зато в сумочке ожил сотовый.
- Валентина, ты где? - строго осведомился муж.
Она ответила не сразу.
Мужа она любила. А собственное имя - терпеть не могла.
Даже подчиненные называли ее Тиной, и в этом была единственная поблажка
субординации.
Геннадий Ефимыч был уверен, что это просто женская, немотивированная
блажь - возможно, единственная у его супруги, - но потакать ей не видел
необходимости. К тому же любые невинные прозвища, сокращения и ласкательные
словечки ему просто претили.
В отместку Тина обращалась к нему по отчеству и на "вы".
Остальное семейство стонало от хохота, когда в пылу редких ссор Тина
сердечно заявляла: "Идите в задницу, Геннадий Ефимыч!"
Раздраженная, она проворчала мужу, что торчит в пробке, в ответ он
предложил бросить машину и добраться на метро, но вызвал только новый
всплеск негодования.
- Куда я еще на метро попрусь?!
- Так ведь просидишь до утра, - жалостливо вздохнул Ефимыч, - и,
небось, голодная. Слышишь, Валентина, ты ела что-нибудь?
- Ела, ела, - быстро соврала она, просматривая документы на мониторе.
В животе возмущенно застонала пустота. Утренний кофе давным-давно канул
в небытие, а за обедом вместо корпоративных салатов и бисквитов она
проглотила триста три варианта рекламной кампании средства от комаров, среди
которых нужно было выискать один достойный.
Поиски результатов не дали, собственных гениальных идей тоже не
появлялось, и по всему видать, контракт с истребителями комаров придется
продлевать. Она это ненавидела, но уж лучше так, чем предлагать заказчикам
откровенно слабые проекты. Да, лучше взять тайм-аут.
Тут она поняла, что отвлеклась.
- ...а Ксюша его раскраску куда-то запрятала, и теперь оба ревут, и я
совершенно не знаю, что делать! - между тем докладывал муж.
- А что, Галинвасильна уже ушла? - в легком недоумении поинтересовалась
Тина.
Муж на том конце провода изумленно присвистнул и заявил с трагизмом в
голосе:
- Валентина, ты даешь! Галина Васильевна ушла еще сто лет назад, в
прошлом месяце, она же абсолютно не знает английского, я лучше говорю! А
детям, между прочим, в следующем году в школу поступать. Так что у нас
теперь Агриппина Григорьевна! Два высших образования, три языка...
- И четыре ноги, - заключила Тина.
Машинально она прикинула, каково Ксюшке с Сашкой выговаривать этакую
конструкцию. Одни сплошные "ррр". Уж лучше бы осталась Галинвасильна. И
пироги она пекла чудные, и шарфы близнецам вязала, и по вечерам, повиснув на
матери, они пищали восторженно, что "мы сегодня мороженое сами делали,
настоящее, и с горки катались прям на попе, Галинвасильна сказала, что так
интересней, только потом надо штаны высушить, и мы утюгом сушили, а еще,
мамочка, муравьи никогда не спят, а один кит весит, как сто слонов, и за что
сожгли Галилея, ты, мамочка, никогда не догадаешься!"
Тина не знала, сколько на самом деле весит кит. Но была уверена, что
дети в надежных руках.