"Иван Сергеевич Тургенев. Ася" - читать интересную книгу автора

Иван Сергеевич Тургенев

Ася


I

Мне было тогда лет двадцать пять, - начал Н.Н., дела давно минувших дней,
как видите. Я только что вырвался на волю и уехал за границу, не для того,
чтобы "окончить мое воспитание", как говаривалось тогда, а просто мне
захотелось посмотреть на мир божий. Я был здоров, молод, весел, деньги у
меня не переводились, заботы еще не успели завестись - я жил без оглядки,
делал, что хотел, процветал, одним словом. Мне тогда и в голову не
приходило, что человек не растение и процветать ему долго нельзя. Молодость
ест пряники золоченые, да и думает, что это-то и есть хлеб насущный; а
придет время - и хлебца напросишься. Но толковать об этом не для чего.
Я путешествовал без всякой цели, без плана; останавливался везде, где мне
нравилось, и отправлялся тотчас далее, как только чувствовал желание видеть
новые лица - именно лица. Меня занимали исключительно одни люди; я
ненавидел любопытные памятники, замечательные собрания, один вид лон-лакея
возбуждал во мне ощущение тоски и злобы; я чуть с ума не сошел в
дрезденском "Грюне Гевелбе". Природа действовала на меня чрезвычайно, но я
не любил так называемых ее красот, необыкновенных гор, утесов, водопадов; я
не любил, чтобы она навязывалась мне, чтобы она мне мешала. Зато лица,
живые человеческие лица - речи людей, их движения, смех - вот без чего я
обойтись не мог. В толпе мне было всегда особенно легко и отрадно; мне было
весело идти туда, куда шли другие, кричать, когда другие кричали, и в то же
время я любил смотреть, как эти другие кричат. Меня забавляло наблюдать
людей... да я даже не наблюдал их - я их рассматривал с каким-то радостным
и ненасытным любопытством. Но я опять сбиваюсь в сторону.
Итак, лет двадцать тому назад я жил в немецком небольшом городке З., на
левом берегу Рейна. Я искал уединения: я только что был поражен в сердце
одной молодой вдовой, с которой познакомился на водах. Она была очень
хороша собой и умна, кокетничала со всеми - и со мною, грешным, - сперва
даже поощряла меня, а потом жестоко меня уязвила, пожертвовав мною одному
краснощекому баварскому лейтенанту. Признаться сказать, рана моего сердца
не очень была глубока; но я почел долгом предаться на некоторое время
печали и одиночеству - чем молодость не тешится! - и поселился в З.
Городок этот мне понравился своим местоположением у подошвы двух высоких
холмов, своими дряхлыми стенами и башнями, вековыми липами, крутым мостом
над светлой речкой, впадавшей в Рейн, - а главное, своим хорошим вином. По
его узким улицам гуляли вечером, тотчас после захождения солнца (дело было
в июне), прехорошенькие белокурые немочки и, встретясь с иностранцем,
произносили приятным голоском: "Guten Abend!" - а некоторые из них не
уходили даже и тогда, когда луна поднималась из-за острых крыш стареньких
домов и мелкие каменья мостовой четко рисовались в ее неподвижных лучах Я
любил бродить тогда по городу; луна казалось, пристально глядела на него с
чистого неба; и город чувствовал этот взгляд и стоял чутко и мирно, весь
облитый ее светом, этим безмятежным и в то же время тихо душу волнующим
светом. Петух на высокой готической колокольне блестел бледным золотом;