"Иван Сергеевич Тургенев. Жид" - читать интересную книгу автора

приподняться...
- Ваше благородие...-пролепетал над самым моим ухом трепетный голос.
Я оглянулся: Гиршель. Он был очень бледен, заикался и пришепетывал:
- Пожалуйте-с в вашу палатку-с.
Я встал и пошел за ним. Жид весь съежился и осторожно выступал по
короткой сырой траве. Я заметил в стороне неподвижную, закутанную фигуру.
Жид махнул ей рукой- она подошла к нему. Он с ней пошептался, обратился ко
мне,- несколько раз кивнул головой, и мы все трое вошли в палатку. Смешно
сказать: я задыхался.
- Вот, ваше благородие,- прошептал с усилием жид,- вот. Она немножко
боится теперь, она боится; но я ей сказал, что господин офицер хороший
человек, прекрасный... А ты не бойся, не бойся,-продолжал он,-не бойся...
Закутанная фигура не шевелилась. Я сам был в страшном смущении и не
знал, что сказать. Гиршель тоже семенил на месте, как-то странно разводил
руками...
- Однако,-сказал я ему,-выдь-ка ты вон... Гиршель как будто нехотя
повиновался. Я подошел к закутанной фигуре и тихо снял с ее головы темный
капюшон. В Данциге горело: при красноватом, по
рывистом и слабом отблеске далекого пожара увидел я бледное лицо
молодой жидовки. Ее красота меня поразила. Я стоял перед ней и смотрел на
нее молча. Она не поднимала глаз. Легкий шорох заставил меня оглянуться.
Гиршель осторожно высовывал голову из-под края палатки. Я с досадой махнул
ему рукой... он скрылся.
- Как тебя зовут? - промолвил я наконец.
- Сара,- отвечала она, и в одно мгновенье сверкнули во мраке белки ее
больших и длинных глаз и маленькие, ровные, блестящие зубки.
Я схватил две кожаные подушки, бросил их на землю и попросил ее сесть.
Она скинула свой плащ и села. На ней был короткий, спереди раскрытый казакин
с серебряными круглыми резными пуговицами и широкими рукавами. Густая черная
коса два раза обвивала ее небольшую головку;
я сел подле нее и взял ее смуглую, тонкую руку. Она немного
противилась, но как будто боялась глядеть на меня и неровно дышала. Я
любовался ее восточным профилем - и робко пожимал ее дрожащие, холодные
пальцы.
- Ты умеешь по-русски?
- Умею... немного.
- И любишь русских?
- Да, люблю.
- Стало быть, ты меня тоже любишь?
- И вас люблю.
Я хотел было обнять ее, но она проворно отодвинулась...
- Нет, нет, пожалуйста, господин, пожалуйста.
- Ну, так посмотри на меня по крайней мере. Она остановила на мне свои
черные, пронзительные глаза
и тотчас же с улыбкой отвернулась и покраснела.
Я с жаром поцеловал ее руку. Она посмотрела на меня
исподлобья и тихонько засмеялась.
- Чему ты?
Она закрыла лицо рукавом и засмеялась пуще прежнего. Гиршель появился у
входа палатки и погрозил ей. Она замолчала.