"Н.Н.Урванцев. Таймыр - край мой северный " - читать интересную книгу автора

Ранее территория Таймыра на географических картах по существу
представляла лишь грубую схему. Пример тому - карта Азиатской России,
изданная в 1911 году российским Генеральным штабом. Даже такие крупные реки,
как Пясина, Норилка, Хета, Хатанга, а также система Норильских озер на ней
были нанесены весьма приближенно и неверно. Их конфигурация совершенно не
соответствовала действительности. Почти ничего не было известно о
минеральных ресурсах края, о его животном и растительном мире. Не было ни
оседлого населения, ни дорог. Только кочевые исконные жители Таймыра -
нганасаны со своими стадами оленей весной уходили на север к побережью, а
осенью возвращались обратно к границе леса. Но в горы Бырранга не решались
заглядывать и они. "Там царство злых духов, камень и лед, более ничего. Там
гибель". Так говорили мне нганасаны, когда я пытался их расспрашивать.
Однако, несмотря на крайнюю недоступность и суровые климатические
условия, север Сибири и ее ядро - Таймыр еще во времена Великого Новгорода
были известны русским людям. Для торговли с местным населением в XV веке в
Обско-Тазовской губе, у устья реки Таз, возник поселок. Поселок этот рос,
часть прибывавших оставалась на зимовку, и в 1600 году указом московского
правительства он был превращен в укрепленный город Мангазею. По
сохранившимся данным таможенных книг, это был промысловый, ремесленный и
торговый город с населением до 1000 человек, а во время ярмарки, в
навигацию - до 2500 человек. Торговые обороты в этом первом в мире
заполярном городе в современном денежном исчислении достигали нескольких
десятков миллионов рублей.
Путь из Архангельска и с Печоры в Мангазею шел морем вдоль побережья.
Чтобы не огибать полуостров Ямал, нередко в северной части блокированный
льдами, его пересекали в южной части по рекам и волоку между ними. Все
плавание продолжалось четыре недели, как это видно из донесения 1616 года в
Москву тобольского воеводы Куракина: "От Архангельскова города в Мангазею во
всея годы ходят кочами многие торговые и промышленные люди со всякими
немецкими товары и хлебом, а поспевают морем в Карскую губу от города в две
недели, а из Карские губы в Мутную реку вверх до волоку ходят пять день, и
волоком итти и кочи таскать ворсты полторы, а переволокши с волока,
спустится кочами в Зеленую реку и итти вниз четыре дни, а от Зеленые реки в
реку Таз, а Тазом в Мангазею, а от Мутные реки всего до Мангазеи ходу две
недели".
Уже в самом начале XVII века русские люди плавали и промышляли не
только по Енисею, но и по Пясине и Енисейско-Пясинскому побережью.
Свидетельством тому служат многочисленные развалины старинных изб и целых
становищ, которые встречал автор на своем пути во время Пясинской экспедиции
в 1922 году.
На Енисее, в его низовьях, в устье реки Дудинки, возник поселок,
ставший началом торгового пути на Хатангу. В летнее время путь шел по рекам
и волоком, а зимой добирались на оленях и собаках. В 1627 году этот поселок
по распоряжению енисейского воеводы был превращен в укрепленный пункт -
Дудинский острог. Сюда был послан отряд во главе со стрелецким сотником
Иваном Сорокиным.
Водный путь шел по рекам Дудинке и Боганидке до Боганидского озера и по
его притоку Вологочан, вверх до волока. Им попадали в другую реку -
Вологочан, бегущую уже в озеро Пясино, откуда по реке Пясине и ее притокам
Дудыпте и Аваму добирались до второго волока. По нему переваливали в реки