"Сергей Валяев. Порнограф" - читать интересную книгу автора

Cергей ВАЛЯЕВ

ПОРНОГРАФ

Роман-версия


Кто ходит по высочайшим горам, тот смеется надо всеми трагедиями мира.
Ф. Ницше.

Неприкасаемые

Часть первая

Все! Так жить нельзя. Нельзя, Ванечка, сказал я себе. Выразился бы
куда энергичнее, да будучи журналюгой со стажем сдержал эмоции. Нас учили в
МГУ: долой чувства, главное - факт. Факт бытия интересен нашему
потенциальному читателю, а все остальное, друзья мои, душистая парфюмерия,
утверждал профессор Воскресенский. Никого не интересуют личные переживания
щелкопера, коллеги мои, никого. Как же так, профессор, удивлялся я под
смешок аудитории, факт вроде конфеты должен быть в красивой обертке, иначе
не притянет внимания.
- Притянет-притянет, молодой человек, - отмахивался преподаватель,
постоянно интересуясь моей фамилией. Профессор был стареньким, плохо
слышал, страдал склерозом, и ему казалось, что в его оппонентах ходит весь
"поток". Через пять лет наших пререканий он наконец начал узнавать меня и,
подлавливая в коридоре перед лекцией, грозил пальчиком. - Факт, батенька,
факт, и никаких фантазий, господин Лопушкин.
- Я - Лопухин, профессор, - страдал. - Ло-пу-хин. Ударение на втором
слоге.
- Вот именно, господин Лепухин. Лепите из себя человека, а все
остальное приложится.
Выполнял его пожелания плохо - и теперь имею то, что имею: трех бывших
жен, десятилетнюю дочь, комнату в коммунальной квартире, одноименного кота,
обжору и ворюгу, пыльный старый кактус, подаренный прабабушкой Ефросинией,
которая иногда является из мира теней, печатную машинку без букв "б", "п" и
"х", три табурета, невозможно скрипучую тахту, ч/б телевизор "Рекорд" и
страстное желание с понедельника начать новую жизнь, как абитуриент перед
экзаменом по языкознанию.
И жизнь моя будет прекрасна и удивительна. Потому, что буду говорить
всем правду и ничего, кроме правды, включая бывших жен, которых у меня,
повторю, три. В мои неполных тридцать три. Какой кошмар!
Как тут ни нервничать. Ис. Христу удалось пятью хлебами накормить пять
тысяч соплеменников, а я не способен... соответствовать, как выразилась
первая супруга Асоль, материальным запросам ячейки общества. В переводе на
язык трудовых масс: не плачу алименты дочери Марии. Девочка живет с мамой,
бабушкой (бывшей моей тещей) и дедушкой. Ребенка воспитывают в духе
времени: деньги - товар. Есть у папы гонорар - есть прогулки с дочерью. А
чаще ни гонорара, ни прогулок. Какие могут быть у бумагомараки выплаты?
Свободное слово у нас ломаного гроша не стоит.